Меньше всего де Триену хотелось вдаваться в подробности. В его голове созрел план, как обеспечить Гвеннет статус, который в стенах Академии возведёт её почти на один уровень с аристократией. В Академии ей бы это значительно облегчило жизнь, избавив от нападок по крайней мере с одной стороны. Студенты из простонародья никогда не осмеливались выступать против тех, кто стоит выше них на социальной лестнице.
Уловка, которую он планировал, была простой, но от этого не менее действенной. Однако раньше времени посвящать в свой план леди Кьерсен он не намеревался, понимая, что не встретит с её стороны поддержки и одобрения.
— Поверь мне, всё это ей пригодится, — коротко ответил он, постаравшись сгладить свою скрытность обращённой к любовнице мягкой улыбкой. — Так ты не откажешь мне в помощи?
— Так нечестно! — недовольно воскликнула Агата. — Ведь на самом деле ты просишь помочь не тебе, а этой крестьянке!
— Но это важно для меня.
— И ты совсем не подумал о том, как я буду выглядеть в глазах знакомых. Возиться с девкой из народа — фи! Что обо мне подумают? Да обо мне начнут болтать во всех гостиных, причём даже предположить боюсь, что могут нафантазировать злые языки!
— Значит, ты не согласна? — уточнил де Триен, порядком устав от этого разговора и не собираясь больше уговаривать.
Придётся поручить это экономке, хотя от Агаты было бы значительно больше пользы. Однако вопреки его ожиданиям, она неожиданно сменила гнев на милость.
— Ты невыносим, Рудольф, ты это знаешь? Тебе почему-то совсем невозможно отказать. Хорошо, я сделаю всё, как ты хочешь. А сейчас давай поговорим о чём-нибудь другом. Я так скучала, а ты до сих пор даже не обнял меня.
Агата быстро оглянулась по сторонам, желая убедиться, что поблизости нет никого из слуг, а потом шагнула ближе и прильнула к нему, обвив руками за шею. Де Триен скользнул по губам любовницы мимолётным быстрым поцелуем, но, помня о незавершённых делах, сразу же отстранился.
— Извини, милая. Сейчас совсем не время.
— Понимаю, — разочарованно протянула Агата. — Полагаю, на ужин мне тоже лучше не оставаться. Передай своим гостям, что я вспомнила о срочном деле и была вынуждена уйти. А завтра после полудня я загляну вместе со своей портнихой.
Барон тепло распрощался с леди Кьерсен, пообещав, что в ближайшее время они обязательно проведут вечер только вдвоём. Что ему нравилось в Агате, так это редкая для женщины способность не навязываться и быстро забывать о незначительных размолвках.
Вернувшись в столовую, он застал там только графа де Лаконте, который с аппетитом уплетал индейку.
— Мой друг, твоя повариха — просто чудо, — не преминул заметить он, едва завидев хозяина дома.
Однако де Триен не был сейчас расположен обсуждать достоинства своей прислуги.
— Где Гвеннет? — обеспокоенно спросил он.
— Ушла к себе, — граф, в отличие от него, говорил без тени волнения. — Точнее сказать, убежала. Сразу после того как удалились вы с леди Кьерсен. Ох уж эти молодые девушки, так импульсивны!
— Это из-за Агаты, — раздосадованно вздохнул барон. Ему было искренне жаль, что ситуация сложилась именно так.
— Безусловно, леди Кьерсен сыграла немалую роль, — согласился ректор и так же невозмутимо продолжил: — Но, полагаю, и без неё подобной вспышки не удалось бы избежать. Девушка невероятно горда для простолюдинки, это ещё не раз заставит её страдать. Но если и дальше характер не подведёт, со временем из неё можно воспитать совершенно незаурядную особу! Ко дню выпуска я сделаю из неё легенду.
— Вот как раз это я хотел обсудить, — серьёзно произнёс де Триен, полагая, что нет повода откладывать важный разговор.
— Девушку? — без удивления уточнил ректор, и с нескрываемым любопытством продолжил: — Тебя волнует её судьба, Рудольф? Похоже, вы близко познакомились за время путешествия?
— Она спасла мне жизнь, — поспешил объяснить барон, пока собеседник не придумал другой причины.
— Надо же! Значит, я в ней не ошибся. Девчушка не промах!
— Но это ведь не значит, что нужно будет выжимать из неё все соки? — осторожно начал де Триен. — Я только хочу напомнить, что ей всё равно не видать серьёзной карьеры. Думаю, было бы неправильно подвергать её лишним испытаниям и опасностям только чтобы посмотреть, на что она способна.
Граф де Лаконте укоризненно покачал головой.
— Я называю это развитием. И никогда не замечал, чтобы дополнительные знания и навыки принесли кому-нибудь вред.
— Знания — нет, но вот процесс их получения… — барон продолжил стоять на своём. — Вспомните, сколько несчастных случаев было за последний год?
— Произошедших во время занятий — всего четыре, и все обошлись без трагичных последствий, — небрежно отмахнулся ректор. — Кому как не тебе знать, что процесс обучения у нас налажен на славу. Если о чём и следует беспокоиться, так об исчезновениях, ни одно из которых до сих пор не расследовано.