Противные, гадские мурашки, а ну не сметь мне топтаться где и когда не просят!
— Замечательно! — обрадовался инструктор. Высокий, широкоплечий, улыбка — ослепнуть можно, а голос вживую — чисто искушение. — Тогда давайте присядем и обсудим все? Чем из местного ассортимента я могу вас угостить?
— «Внезапное динамо» попроси, — ехидно вякнул мистер Зарицкий, уже в открытую становясь рядом. — Ему. Я не поленюсь сгонять смешать собственноручно.
— О, это ваш друг? — лучезарная улыбка чуть снизила свое сияние, и Конти протянул руку Марку: — Вы тоже хотите нырять?
— Я очень-очень хочу нырять и даже точно знаю в кого, — оскалился поборник свободной любви и вдруг завис: — Погоди, что?
— Мистер Конти — инструктор по дайвингу, — процедила я, стараясь удержать милую улыбку.
— Энцо, зовите меня так, — кивнул мне мужчина-мечта, сделав вид, что не заметил игнор предложенного рукопожатия.
— Какому, к ху… такому дайвингу, Белоснежка? — взвился Марк. — Да тебя чуть инфаркт на глубине не хватил.
— Это потому что на глубине я оказалась по вине одного капитана Коекакера, доверять которому себя — полнейшее безумие. А мис… Энцо — профессионал, и подход у него ко всему соответствующий.
— Да я и смотрю, что он тебя глазками масляными уже профессионально заголил и мысленно уже имеет прямо на ближайшем столе.
— Ну столь опытного в подобных вещах человека, конечно, не обманешь, — фыркнула я, пока инструктор терпеливо на нас пялился, очевидно, пытаясь угадать, что кроется за нашим диалогом.
— О, да, это прямо верх профессионального подхода к делу — примерять свой стояк к клиенту, пока должен думать о его безопасности.
— То есть, учитывая, что сам как раз этим все время и занимаешься, ты подошел выразить нам свое одобрение?
Ах ты рыба моя бесстыжая! Смотри, какая она оперативная, а! Еще, как говорится, постель, в которой неделю зажигали, не потухла, а она уже навострилась… нырять. Ага-ага. И это при том, что саму чуть удар тогда не хватил, когда с яхты упала случайно. Ну ладно. Не случайно. И не совсем сама. Но не суть! Какой ей, к хренам, дайвинг! Или в том и состоит ее хитробабская задумка? Дать повод этому придурку инструктору начать оказывать ей помощь в момент приступа паники, а там уже пошло-поехало в горизонтальную плоскость. Ни дня простоя, каждый час отпуска на счету, да, мисс Непостоянство? С яхтсмена на дайвера решила перепрыгнуть прямо без паузы? Стоит он, зубы отбеленные сушит, зенками похотливыми лупает, честно смотрит в глазки Белоснежки и ни разу ни на сиськи, ни-ни, конечно. Кого ты дурить пытаешься? Меня? Да я взатяг курил там, где ты только запах дыма нюхал, лошара! Брюнет, сука. У нее точно какой-то пунктик на них! Или это типа нарочно, чтобы ничего не напоминало обо мне? Ха-ха. Два раза, рыбка моя. Я сам прекрасно с напоминанием справлюсь. И хочешь ты этого или нет — мне без разницы.
— А знаете, я и правда одобряю идею Полины понырять, — перешел я на английский, приобняв девушку за талию и послав брюнетику «здесь был я» сигнал. — Причем настолько, что готов к ней присоединиться. Только для начала хотелось бы убедиться в наличии у вас, Энцо, всех документов, подтверждающих квалификацию. Сами понимаете, она же мне не просто любая прохожая отдыхающая. — Ой, это что за взгляд изумленный, дорогая? — Она мне — землячка, соотечественница и все такое.
— О, это даже не обсуждается! — зачастил ныряльщик за чужим жемчугом, пока я усиленно делал рожу кирпичом, терпя болезненный щипок от Полины. Синяк точно будет. — Я готов вам продемонстрировать все необходимое. Даже прямо сейчас, если вы готовы проехать ко мне.
А, то есть не появись я, ты бы мою форельку неразумную прямо сегодня и повез к себе демонстрировать ей… документы? Я бы так и сделал, но мне можно. Это моя рыба мечты!
— Не думаю, что это удачная идея. Я не самый простой ученик, и мне бы хотелось заявленного индивидуального подхода к обучению, — явно с трудом удерживая на месте приклеенную улыбочку, процедила Белоснежка и шикнула на родном: — Лапу убери, Зарицкий. Она у тебя немытая после того, как черт-те где побывала.
— Совесть моих лап кристально чиста! — прошипел в ответ. — Дружеские прощальные объятия были совершенно невинны.
— Сомневаюсь, что ты и твое двойное обременение в курсе значения слова «невинность»!
— С мисс Полиной я договорил… — начал дайвер, старательно делая вид, что не замечает нашего взаимного приглушенного общения на парселтанге, но я не дал ему закончить.
— Зато я прекрасно обучаем, а также имею некоторый опыт погружений, к тому же готов платить по двойному тарифу.
Ага, а вот теперь посмотрим, что он выберет: угодить тебе или бабки.
— Мистер Зарицки, ваш опыт, полученный из неизвестного мне источника, может стать скорее помехой, нежели подспорьем. Как и все мы, я люблю деньги, но не настолько, чтобы допускать в погоне за ними даже намек на ущерб безопасности моих клиентов.
