Мой выход был сразу после танца живота. На ватных ногах в полуобморочном состоянии я оказался в роскошной зале. Сцены как таковой не было, действо проходило просто на свободном от столов месте. «Работаю, как в ресторане», — моментально подсказал профессиональный опыт.
— Добрый вечер! Добрый вечер, дамы и господа… — начал я и сразу же осекся.
В зале были только мужчины.
— В смысле, только господа! — поправился я, продолжая незаметно осматриваться, изучая обстановку и прикидывая «кто есть кто».
Господа были одеты в элегантные европейские костюмы и ужинали. Прямо передо мной по центру располагалась небольшая группа из шести человек, позади которых стояли как на посту официанты и склонились переводчики. «Главное — здесь», — понял я и начал работать туда.
Первые гэки не вызвали абсолютно никакой реакции. Надо было как-то привлечь внимание зала, и я начал вставлять в монолог известные мне арабские слова и фразы, как будто бы сам пытаюсь объяснить собравшимся только что сказанное мною по-русски. Народ перестал жевать и затих. Большой мужчина в центре главного стола вдруг поднял на меня глаза, заулыбался и одобрительно заурчал. Зал тут же подхватил инициативу. «Так вот ты кто, оказывается, господин премьер-министр. Приятно познакомиться» — подумал я и, воодушевленный успехом, поддал жару. Так как переводчиков было мало, текст передавался шепотом, волной из уст в уста, это требовало времени. Закончив очередной анекдот, я брал паузу и ждал, пока он разнесется по всему залу. Сигналом к следующему служили аплодисменты. Все шло пока отлично, и я немного успокоился и расслабился. Размышляя о том, что мой внешний вид — цилиндр и смокинг — как нельзя лучше вписывается в гламурный интерьер первой яхты страны, и что точно теперь представляю, как бы выглядело мое выступление перед стадом жирафов, я наблюдал за реакцией зрителей.
Успех был обеспечен, программа уже подходила к концу, и тут, совершенно неожиданно для себя, я оказался около центрального стола лицом к лицу с его величеством премьером. Наши взгляды встретились, и это случайно совпало с одним из вопросов в моем монологе. Вероятно, приняв этот вопрос в свой адрес, премьер вдруг взял у меня микрофон и ответил. Шоу перешло в интерактив, отойдя от утвержденного сценария. «Мистер Халед убьет!» — с ужасом пронеслось в мозгу. Главе правительства, похоже, это нравилось, и он никак не хотел меня отпускать. Тем не менее, от греха подальше, я аккуратно закончил выступление и поклонился. Раздались бурные продолжительные овации, и вдруг премьер жестом пригласил меня к столу.
— Браво! — сказал он. — Было очень весело. А Борис Ельцин видел это шоу?
— Нет еще, — ответил я, — но если вы ему порекомендуете, я буду вам очень признателен.
— Нет, нельзя все-таки отпускать такого парня… — засмеялся премьер, обращаясь к сидевшим рядом.
Я слегка напрягся.
— Без подарка, разумеется, — добавил он и, сняв с руки один из перстней с крупным бриллиантом, протянул мне.
— Спасибо, — чуть не выронив подарок от неожиданности, произнес я.
Объявили следующий номер, со мной вежливо попрощались, и я, пятясь спиной, согласно этикету, покинул зал.
«Гранд Палас» встречал меня, как национального героя с войны. Никто не сомневался в моем успехе, и на крыше был приготовлен прощальный банкет. Прощальный потому, что я в любом случае покидал это место — либо уезжая домой, либо садясь в тюрьму.
— Ну, рассказывай! — бросились ко мне все.
— Сначала виски, — попросил я.
Пили на радостях всю ночь, а утром я, покачиваясь и дыша в сторону, уже стоял в кабинете мистера Халеда.
— Мои поздравления, — понимающе предложив стакан холодной воды, пожал мне руку мистер Халед. — Есть распоряжение посадить тебя на самолет. Когда твой следующий рейс?
— Я не знаю, по-моему, во вторник, — ответил я.
— Уточни и сообщи мне, я пришлю за тобой машину. Паспорт оставь мне, он будет у шофера.
— Я смогу еще сюда приехать? — поинтересовался я.
— Сколько угодно, — улыбнулся мистер Халед, — только не забудь привезти мне русской водки и баночку икры.
— Но проблем, — пообещал я.
Черный автомобиль подвез меня прямо к трапу самолета, стюардесса с удивлением посмотрела на меня.
— Здравствуйте, — сказала она, улыбаясь. — Это вы вип-персона?
— Я. А где оркестр?
— Не знаю, — растерялась девушка, — мы тут оркестрами не заведуем. Мы только летаем.
— Ну, тогда, полетели!
Самолет упал и разбился под Урюпинском. Все погибли (шутка).
Вообще-то в Нубии со мной происходило еще множество всяких забавных историй, которые в моем изложении, естественно, выглядят анекдотами. Слово АНЕКДОТ — греческого происхождения и, согласно словарю Даля, означает «короткий по содержанию и сжатый в изложении рассказ о замечательном или забавном случае; байка, баутка» — это я, как кандидат культурологических наук, поясняю.
Итак, несколько анекдотов, но на сей раз не «от меня», а непосредственно «из моей жизни».
