– Да, пора. Не имеет смысла ждать, пока все гости разъедутся, – сказала Сесилия. – Ну, идем?
– Я все-таки останусь, надо кому-то проследить, чтобы закрыли церковь, – отвечала Челси. Ей, конечно же, не особенно хотелось оставаться. Но, видя, что никто из Бейкеров даже и не подумал об этом, она взяла инициативу в свои руки.
– Прекрасно. – Сесилия наконец-то улыбнулась Челси. – Меня восхищает твоя предусмотрительность. Карен повезло с подругой… Ох-хо-хо, – притворно вздохнула она. – Теперь моя девочка будет жить отдельно, но ты все же не забывай нас, заглядывай в любое время. Мы всегда тебе рады.
– Спасибо. – Это было гораздо больше, чем Челси могла услышать от Сесилии. Долгие годы они не очень-то ладили друг с другом. Мать Карен недолюбливала ее и не особенно это скрывала. – Вы знаете, где я остановилась? Может, зайдете как-нибудь на чашку чая?
«Большей глупости нельзя и придумать, – мысленно усмехнулась Челси, – представляю, с какими лицами Сесилия и Джойс припрутся ко мне в гости. Но по край ней мере я их пригласила, а приходить или нет, пусть решают сами».
Бейкеры уехали, и вскоре церковь совсем опустела. Один из двоюродных братьев Карен вызвался помочь Челси. Они были знакомы уже не первый год. Его звали Томас, он жил в Миссисипи, где обитала большая часть родственников со стороны матери Карен.
– Я рад, что мы приехали на свадьбу, – сказал он, когда с уборкой было покончено. – Иначе где бы мы встретились снова?
Челси улыбнулась ему:
– Через сколько лет ты оканчиваешь Миссисипский университет? Года через два?
– Через три. Мне пришлось пропустить несколько курсов.
Она выключила свет, закрыла в темноте дверь и направилась в комнату для переодевания. Томас пошел следом за ней.
– Мои родители уже давно в отеле: у мамы снова разболелась голова, и им пришлось рано уехать. Я хотел посмотреть, как Карен и Райн сядут в машину, и сказал отцу, что возьму такси. Ты знаешь, где здесь телефон?
– Я могу тебя подвезти. Где вы остановились?
– В Вударт-Армс.
Челси оглядела комнату. Подняв с пола упавшую вешалку, она взяла салфетку и стерла пудру с туалетного столика.
– Они выглядели счастливыми, – говорил Томас, следуя за ней по пятам. – Карен такая застенчивая. Я не думал, что у нее будет большая свадьба. Хотя тетя Сесилия вряд ли согласилась бы на скромное семейное торжество.
Челси не ответила.
Томас поднял с пола коробку и с видом лихого баскетболиста бросил ее в мусорную корзину.
– Два очка! – стараясь казаться непринужденным, воскликнул он. – Знаешь, почему родители не стали настаивать, чтобы я уехал вместе с ними? Они догадались, что я хочу поговорить с тобой.
– Ты о чем? – Челси пристально посмотрела на Тома.
– О том, что ты мне очень давно нравишься, а я все никак не могу сказать тебе об этом.
– Сейчас не самое лучшее время для таких разговоров, – сказала Челси, выходя из комнаты.
– Я думал, что мы могли бы где-нибудь посидеть, выпить.
– Разве тебе уже двадцать один? По закону в Техасе раньше не наливают.
– У меня есть фальшивое удостоверение личности. К тому же я выгляжу старше своих лет. Ну, как?
Спустившись вниз, они встретили священника.
– Очень мило с вашей стороны, что вы задержались. Спасибо. С остальным, пожалуй, я справлюсь сам, – приветливо улыбаясь, сказал он.
Челси взглянула на Томаса:
– Я оставила машину за церковью.
– Давай ключи, я мигом…
Вскоре молодые люди уже ехали по направлению к маленькому бару, в который Челси частенько заглядывала, когда училась в колледже.
Музыка гремела вовсю, дым разъедал глаза, но народец здесь собирался весьма милый (в основном ровесники Челси) и в высшей степени неагрессивный. К тому же тут не очень-то внимательно проверяли удостоверение личности. Томас без труда получил джин с тоником и подсел к Челси, с праздным любопытством рассматривающей танцующие в центре зала пары.
– Как ты думаешь, где они сейчас? – небрежно спросил он. – Я имею в виду Карен и Райна.
– Не имею понятия. Давай потанцуем.
– С этим у меня слабовато. Челси едва заметно усмехнулась:
– Ас чем не слабовато?
– Что, хочешь посмотреть прямо здесь? – Томас недвусмысленно хмыкнул.
Челси никогда не разрешала мужчинам разговаривать с ней в таком тоне. Она прекрасно поняла, на что намекает ее кавалер; провести одну ночь и разбежаться – это не было ей интересно. Но сегодняшний день, похоже, Челси решила сделать исключением.
– Моя квартира в нескольких кварталах отсюда, – удивляясь собственному нахальству, сказала она.
– Это приглашение? – несколько опешив, спросил Томас.
– Да…
По дороге домой Челси успела пожалеть, что пригласила Томаса. Он ей нравился, но и только. О маломальской влюбленности или даже просто влечении говорить не приходилось. Ей не следовало соглашаться на секс с ним, но… Человек, которого она любила всем сердцем, женился сегодня на ее лучшей подруге. Так к чему все эти условности? К чему забивать себе голову нелепыми моральными установками?..
Пока Томас осматривал квартиру Челси, она приготовила им по бокалу коктейля. Постель и кое-какая мебель, купленные самой Челси, стояли в большой комнате.
