— Выдай нам Облако, старуху, девчонку и художника! Я прикажу тебя позолотить с ног до головы. Ты будешь единственный золотой трубочист на свете.
— Можешь позолотить свои калоши! — крикнул ему Сажа и показал длинный нос.
Облако разделилось на четыре части и выглянуло сразу из четырёх окон.
— Ого, кажется, нас окружили… — озабоченно пробормотало Облако. — Жаль, что я не научило Лоскутика летать. Она такая хорошая и добрая, что, может быть, и могла бы этому научиться… Так, так… Что же придумать?
Облако заглянуло в камин.
— Эй, Сажа! — крикнуло Облако. — Поскорей выпусти всех голубей Барбацуцы! Они знают, что делать.
— Ах ты, мокрое место, туман, сырость, слякоть! Ты ещё распоряжаешься в моём доме! Кто здесь хозяйка: ты или я?
И Барбацуца принялась изо всех сил тузить Облако кулаками.
Её кулаки проходили прямо сквозь Облако, и оно не обращало на это ни малейшего внимания.
Оно о чём-то сосредоточенно думало, нахмурив лоб.
Наконец, Барбацуца больно ушибла кулак о спинку стула. Тяжело дыша, она опустила руки.
Тем временем голуби, все до единого, вылетели из голубятни, сделали круг над домом и куда-то улетели. Впереди всех летел чёрный голубь Сажи.
— Взломать двери! Их надо взять живыми или мёртвыми, — прошептал Слыш. — Лучше не живыми…
Из толпы вышел старый оружейник.
Тяжёлый меч воткнул в землю, руки сложил на рукояти меча.
— Мы хотим знать, в чём виноваты двое детей, старуха и художник? — старым, усталым голосом спросил оружейник.
— В тюрьму его… — прошептал Слыш.
Десять стражников бросились на старика, схватили его.
Но десять молодых оружейников оторвали от старика их цепкие руки и швырнули стражников на землю.
— Мы виноваты только в том, что знаем королевскую тайну! В этом, и больше ни в чём! — завопила Барбацуца, высовываясь из окна.
— Выбить дверь! — крикнул начальник королевской стражи.
Но перед дверью, как из-под земли, выросла толпа пекарей, гончаров и ткачей.
— Зарядить пушки!
Но кузнецы и оружейники оттеснили пушкарей от пушек. Они повернули тяжёлые пушки и направили их на стражников. И тут Слыш прошептал странное слово:
— Смола…
Никто не успел опомниться.
Рыжий Громила и Рыжий Верзила, согнувшись, выкатили откуда-то небольшую чёрную бочку.
Охнув, подняли её — бочка хоть небольшая, да, видно, была тяжела, — раскачали её и ударили об угол дома.
Бочка, хрустнув, раскололась. Густая, липкая смола облепила стену, стала сползать вниз. Рыжий Громила через головы стоящих швырнул горящий факел.
И в тот же миг стена дома разом вспыхнула. Оранжевое пламя рванулось кверху. Закружилась косматая, чёрная копоть.
— Пожар, пожар! Я боюсь! — вскрикнул тонкий детский голос.
В этом королевстве, лишённом воды, пожар был самой большой бедой. Пожаром пугали непослушных детей.
А пламя словно догадалось, что оно здесь хозяин, что все перед ним бессильны, оно охватило вторую стену, крыльцо и дверь.
— Эй, люди! — крикнула Барбацуца, размазывая по щеке чёрную копоть. — Знайте: король — украл у вас воду! Вы слышите? Великий источник во дворце! Под королевским троном!
— Заставьте её замолчать! — прохрипел Слыш.
Расталкивая стражников, к горящему дому бросились плотники. Они несли топоры, волокли длинные лестницы.
— Куда?! Назад! — заорали стражники.
Всё смешалось на маленьком дворике Барбацуцы. С хрустом завалился забор, упали ворота. Замелькали кулаки. Слышен был только треск ломающихся пик и удары сабель о молоты каменотёсов.
Стражников оттеснили в узкую улочку, припёрли к стенам.
Тотчас с четырёх сторон к пылающему дому плотники прислонили длинные лестницы. Кузнецы, передавая с рук на руки, спустили вниз Лоскутика и Сажу.
По другой лестнице сошёл вниз художник Вермильон, держа жабу Розитту, завёрнутую в клетчатый носовой платок.
Барбацуца помедлила, стоя на подоконнике. Она скрестила на груди руки. Оглянулась, посмотрела внутрь горящего дома.
Там гудело и выло пламя.
— Барбацуца, иди сюда! — плача, крикнула Лоскутик.
И Барбацуца тоже спустилась вниз.
Последним вылетело из дома Облако. От копоти оно стало полосатым и пятнистым.
Плотники рубили топорами горящие брёвна, растаскивали их в разные стороны, засыпали песком.
Оружейники окружили Слыша, начальника королевской стражи и главного тюремщика. Пекари и ткачи разбирали оружие, в страхе брошенное стражниками.
Но пламя уже охватило весь дом. Плясали рыжие языки огня, и на каждом была шапочка копоти.
Крыша дома с грохотом завалилась. Во все стороны полетели искры и красные головешки.
Задымилась и вспыхнула соломенная крыша на маленьком доме, куда недавно перебрался старый мастер зонтиков.
Потом загорелся крытый иссохшей дранкой дом бедной кружевницы. Сухое дерево вспыхивало легко и сразу. Горело жарко, разбрасывая снопы искр.
Облако бросалось прямо в огонь, выпускало из себя струи воды.
Оно сморщилось, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух, с трудом взлетало вверх, кашляя от дыма.
Теперь уже полыхали все дома вокруг. Дымились и тлели дальние крыши.
Оружейники и плотники отшвырнули стражников от колодца. Но добраться до воды было не просто. Колодец до самого верха был забит камнями.
