Я видел, что этот вопрос поставил ее в тупик, и она была ошарашена, но, нужно отдать ей должное, не подавала вида.
— Ты хорошо подумал? — тихо отозвалась она.
— Более чем! — уверенно ответил я.
— Тогда мне нечего сказать, — потупила она взгляд. — Я, конечно, не в восторге от твоего решения, но, думаю, что папа и я все равно тебя не переубедим, поэтому решай сам, — смахнув накатившие слезы, она развернулась и вышла из спальни. О, мама, знала бы ты все, что со мной произошло… и как хорошо, что ты не задаешь много пустых вопросов.
Недолго думая, я быстро собрался и решил навестить еще одного человека, который мне может в этом деле помочь.
***
Квартира нашего куратора — Валерия Александровича, находилась почти в центре Питера. А не хило преподы института зарабатывают. Поднявшись на нужный этаж, я позвонил в квартиру. Сначала была непонятная возня, а потом, дверь приоткрылась и, сбивая все на своем пути, с громким воем, оттуда выскочил огромный кот серой раскраски. Я еле-еле успел отскочить в сторону, чтобы не быть им сбитым.
— Мазохист, вернись, подлый предатель! Сергей все равно узнает, что обосранные тапки это твоя работа! Сволочь облезлая! — послышался знакомый голос, который заставил меня улыбнуться, а затем в дверном проеме появилась и голова обладателя. — О, Князев, это ты? А я уж надеялся на то, что это кошачья смерть пришла за этим отрепьем. Эх, не мой сегодня день, а так хоть какая, да отмазка бы была Сергею. А что, вот разве обосраться перед смертью в тапки «любимого» хозяина это не благородно? Ладно, заходи, — махнул он рукой и, закончив этот монолог, пропустил меня в свою квартиру. Сдерживая смех, я прошел внутрь.
Само помещение было обставлено в стиле хай-тек и минимализма — ничего лишнего. Мы молча проследовали в просторную кухню, и только когда я уселся на стул, а Валерий Александрович налил чаю и сел напротив, мы начали разговор на интересующую меня тему.
— Можешь не начинать. Я уже наслышан о том, что произошло между тобой и Марком, — махнул он рукой, сделав глоток. — Весь университет судачит, только глухой не вникнет в проблему, — отмахнулся он от моего недоуменного взгляда. — Ты уже решил, что будешь со всем этим делать?
— Я надеялся, что Вы мне сможете помочь, — сказал я, уткнувшись в чашку.
— Я?! — удивленно поднял он бровь.
— Ну да, знаете, я хорошо подумал и… решил перевестись учиться куда-нибудь в столицу. Вы мне можете в этом помочь? — я посмотрел на него, как на последнюю мою надежду.
— Хм… — отпил он чай и задумался, — я-то помочь могу, но ты сам уверен, что ты этого хочешь? — тихо произнес преподаватель и пристально посмотрел на меня.
— Более чем, — уверенно подтвердил я.
— Знаешь, не для кого уже, наверное, не секрет, что нас с Сергеем Натановичем связывают более теплые чувства, чем просто как преподавателей. Университет — это маленький город, на одном конце которого пернешь, а на другом скажут, что обосрался. Да и не скрывали мы этого. Мы взрослые люди и никто не вправе указывать нам кого любить, пусть наша с ним любовь и аморальна, но самоубийц еще не было, — на последних словах я искренне улыбнулся. — Ага, вижу, ты понял, о чем я… В тебе много скрытого потенциала и его нужно направить в нужное русло. Скажу одно, что наша любовь с Сергеем пережила очень многое, чтобы прийти к стадии стабильности. И всего бы этого не было, если бы мы друг другу не давали с каждым разом все новый и новый шанс, плюя на свою гордость с высокой колокольни. А теперь главный вопрос — ты уверен, что не хочешь дать Марку шанс объясниться?
— Он уже все мне объяснил, — тихо сказал я.
— Ты хорошо подумал, ведь назад дороги не будет? — его голос как бы давал мне еще шанс одуматься, но я не воспринял его всерьез, опять включив опцию «я лучше знаю, что мне нужно».
— Да! — я готов был настоять на своем, чего бы мне этого не стоило, но усилия прикладывать больше не пришлось.
— Хорошо, я помогу тебе перевестись. Завтра созвонюсь с другом и отправлю ему твои документы, через неделю ты должен быть там!
***
— Объявляется посадка на скорый поезд «Сапсан» номер 744, следующий по направлению Санкт-Петербург — Москва…. — услышал я голос из динамика на вокзале.
Прослушав нужную информацию, я вновь воткнул в уши наушники, в которых надрывалась группа «Нервы» с композицией «Вороны». Подхватив сумку, я отправился на перрон. Предъявив документы проводнику, я с тяжелым грузом на сердце прошел в вагон и занял свое место. Сегодня меня никто не провожал, я даже родителей попросил не ехать со мной на вокзал. В последний раз, перед тем, как тронулся поезд, я бросил взгляд в окно. На глаза накатили непрошеные слезы. Уткнувшись в ворот флиски, я постарался их скрыть…
POV Марка.
Уже неделю Олег не появлялся в универе. В душе было неспокойно. Гордость не позволяла пойти и навестить его, или хотя бы позвонить его родителям, ведь он ударил меня, даже не удосужившись выслушать. На пятый день своих терзаний, я все-таки решил подойти после пар к нашему куратору.
— Валерий Александрович, а Вы не знаете, где пропадает Олег? — выпалил я на одном дыхании.
