— Всё, что происходит между Тори и мной, вас двоих не касается, так что отвалите, — возразил Броуди, забираясь в свой грузовик. Но прежде чем он смог закрыть дверь, Уайетт вцепился в неё.
— Она семья, Броуди. Не облажайся.
— И не причини ей боль, — добавил Итан.
Броуди закатил глаза:
— Вам двоим больше заняться нечем?
— Я серьёзно, — настаивал Итан. — Она кое-что значит для нас.
— Для меня она тоже кое-что значит, так что оставьте это в покое, ладно?
Броуди наконец закрыл дверь, и его братья отошли. Отъезжая, он покачал головой: сначала они хотели заключить мир между ним и Тори, а теперь, когда он этого добился, похоже, захотели, чтобы держался подальше.
Господи. Броуди провёл пальцами по волосам, поворачивая на шоссе.
Сначала он разозлил её и стал плохим парнем, теперь сблизился с ней, но всё равно остался в роли злодея. Это был безвыигрышный сценарий и что бы он ни сделал, его бы раскритиковали.
У него и Тори были замечательные выходные, даже лучше, чем Броуди мог себе вообразить. Хотелось провести с ней больше времени, потому что нескольких дней с её сладкой улыбкой, искренним смехом, остроумными шутками и шикарным телом было просто недостаточно. Он понятия не имел, к чему это приведёт, и не тратил время на размышления о будущем. Ему предпочтительнее было жить настоящим и позволять отношениям развиваться своим чередом. Не было смысла стараться предугадать, куда они приведут. Броуди никогда не имел отношений, так что это была неизведанная для него территория. Оставалось надеяться, что они с Тори смогут просто наслаждаться каждым днём без вмешательства посторонних и ненужных советов.
На скоростной трассе он успокоился и нажал на газ, переключая свои мысли на работу, где им и следовало быть. Хотя некая рыжеволосая девушка продолжала всплывать в его голове, заставляя улыбаться в течение всего дня.
Это было впервые, потому что обычно, сосредоточившись на делах, Броуди не отвлекался. Но случайные мысли о Тори не давали покоя. О её смехе, о том, как она выглядела без одежды, о её соревновательном духе во время видеоигр, или о том, как она тихо похрапывала, когда засыпала во время просмотра фильмов.
Броуди никогда не осознавал, насколько был одинок, пока не провёл с ней все выходные, и ему так понравилось это время, хотя обычно он стремился избавиться от женщин в своём доме.
Теперь всё, о чём он мог думать — как вернуть туда Тори.
Понедельники всегда были напряжёнными, и к тому времени, как Тори добралась до дома, она была измотана не только работой, но и безостановочными звонками и смс-сообщениями на мобильный телефон, большинство из которых было от Каллиопы — видимо, слухи о их связи с Броуди дошли и до неё.
Тори знала, что у подруги полно дел в детском центре, поэтому, если та нашла время отправить ей почти семь миллионов сообщений, это означало, что дело было срочным. В ответ девушка написала только одно короткое: «Поговорим после работы», что говорило о том, что Тори была настоящей трусихой. Она не хотела никого видеть и не собиралась обсуждать свои отношения с Броуди, какими бы они ни были, хотя, возможно, и не считались отношениями вовсе, — поэтому ей и не хотелось поднимать эту тему.
Тори не успела провести дома и получаса, когда зазвонил её телефон.
Взглянув на экран, она увидела, что это снова была Каллиопа, и нажала на кнопку:
— Привет.
— Ты можешь быть королевой игнора, но я королева «я-буду-преследовать-тебя-пока-ты-не-поговоришь-со-мной-потому-что-мы-лучшие-подруги-чёрт-возьми».
Тори улыбнулась: это было правдой.
— Прости меня, Каллиопа, — проговорила она. — На работе был адский день.
— Уверена, что так и было, а теперь открой дверь, — потребовала подруга.
— У моей двери никого нет, — нахмурилась девушка.
— Уже есть — я.
Тори подошла к двери, заглянула в глазок, рассмеявшись, когда Каллиопа показала ей язык, и открыла дверь:
— О, мой Бог, ты действительно преследователь.
— Говорила же. Я боялась, что ты снова проигнорируешь мои звонки, — подруга вошла внутрь, и Тори закрыла дверь.
— Я не игнорировала.
— Конечно же, игнорировала, — Каллиопа бросила сумочку на кресло и плюхнулась на диван, её кудри при этом весело подпрыгнули. — Пыталась переварить свои горячие, наполненные сексом выходные с Броуди и не могла поверить в это настолько, чтобы обсудить со мной?
Тори отложила телефон и присела в стоящее рядом кресло. Больше не было смысла врать лучшей подруге: она знала её мимику и язык тела лучше, чем кто-либо другой.
— Да.
— Выкладывай. И я имею в виду — всё, — Каллиопа положила ноги на кофейный столик Тори. — Ну, можешь не вдаваться в интимные подробности секса, ведь это касается только тебя и твоего пылкого любовника. Но, скажи, как так вышло?
— Не знаю. Он пригласил меня на ужин, чтобы обсудить итоги моей работы за год — и мы поговорили. А когда Броуди перешёл на личное и затронул тему нас двоих, я сбежала из бара.
— Трусиха.
— Знаю. Но потом он привёз меня к себе домой и предложил выбрать: войти или остаться снаружи.
— И ты выбрала вариант «я-хочу-переспать-с-тобой».