– Ээээ, зёма, ты давай осторожней. Я понимаю, что большому куску и рот радуется. Но ты уж повнимательней, а то ложку ненароком проглотишь. Держи пальцами крепче и периодически проверяй ее наличие у себя в руке. Вопросов нет, у курсанта желудок с оцинкованными стенками. Этот факт неоспоримый, ложка все равно переварится! Но вот недостача военного имущества при приемо-сдаче наряда по столовой однозначно не приветствуется. Ты это… жевать не забывай. Хотя бы через раз, что ли. И куски поменьше от бутерброда откусывай, а то челюсть вывихнешь. Мне аж смотреть страшно, как ты рот неестественно широко открываешь. Спокойно можешь в цирке выступать. А что?! Прикинь, хороший аттракцион, смертельный номер! На арене дрессированные курсанты! Звучит? Выходит офицер в парадной форме. Кнутом громко щелкает, а ты прыгаешь на тумбу. Пасть безразмерную распахиваешь, как тигра какая-нибудь прожорливая, прости господи. А он туда свою голову закладывать будет. Причем, не снимая фуражки. А действительно, зачем снимать? Все равно поместится. Эффектный номер! Опасный, согласись! Ладно-ладно, не отвлекайся. Ешь, тщательно пережевывая пищу. На тушенку налегать не забывай. Кстати, какой у тебя рост? Я тебе второй комплект формы ХБ принесу. Хочешь, могу «стекляшку» с лавсаном принести. Она меньше мнется и не так сильно выцветает. Уже подшитую и подогнанную по фигуре. А то вам только одну ХБшку выдали. Постирать надумаешь, а она высохнуть до утра не успеет. Короче, второй комплект всегда надо иметь, чтобы в мокром не ходить. Неприятно это и натереть в подмышках и в промежности можно. А енто …уже не просто больно, а очень больно. Поверь на слово, проверять на себе не стоит. Потом еще «подменку» дам, чтобы в нарядах хорошую одежду не пачкать. Вторые портянки принесу. Ноги береги! Грибок подцепишь, потом долго не отвяжешься, *здец полный, можно гнить заживо. Если что, только шумни, у меня «Микосептина» больше половины тюбика в тумбочке валяется. Хорошо помогает.
Когда я подъел все принесенные зёмой продукты питания и выпил целый чайник наваристого компота, Андрей вытащил из внутреннего кармана два хлястика от шинели и молча протянул их мне. Я удивленно захлопал глазами.
– Зачем это?
Зёма добродушно ухмыльнулся и дружески похлопал меня по плечу.
– Бери-бери, скоро узнаешь. Береги их, никому не давай. Очень нужная вещь. Дефицитная.
Хлопнув по рукам, мы простились, и с давно забытым чувством абсолютной сытости, я скоренько двинулся в сторону казармы родной 4-й роты.
Неумолимо приближалось время вечерней поверки, опаздывать нельзя. Иначе можно запросто получить еще пару нарядов вне очереди. А этого не очень хотелось.
Это уже потом наступит такое время, когда суточные наряды по роте будут восприниматься, как законный повод отдохнуть от учебы или от внезапных учений по тактике. А на 1 курсе текущие наряды совсем не радовали и были откровенно в тягость.
Придя в роту в полусонном состоянии почти на автопилоте, я тупо простоял вечернюю поверку. Вяло выкрикнул «Я!» и символически умывшись, завалился спать.
Непосредственно перед самым моментом отхода ко сну вытащил из внутреннего кармана гимнастерки два хлястика от шинели. Еще раз недоуменно покрутив в руках и повинуясь мудрому предупреждению опытного зёмы, запрятал «дефицит» в глубине полевой сумки, которые использовались курсантами в качестве «школьных портфелей».
И провалился в глубокий сон, напрочь забыв о хлястиках.
10. Офицерские горки
Сменив гражданское обличие на строгую форму курсанта ВВС, все ребята, независимо друг от друга и от уже имеющегося уровня физической подготовки, неожиданно поняли и с несказанным удивлением осознали, что неплохо бы эту самую физическую подготовку радикально усугубить и улучшить.
К такому, несколько неожиданному и весьма неприятному открытию привел массовый поголовный падеж скота… тьфу, блин, прошу прощения, новоиспеченных защитников Родины, который произошел во время первого же марш-броска в противогазах, с оружием и с полной выкладкой.
Через пару дней после принятия Присяги и получения оружия, чудесным летним утром 4-я рота обреченно вышла на «старт». У каждого курсанта за плечами висел объемный вещмешок. На боку болталась брезентовая сумка с противогазом. На поясном ремне – штык-нож, фляга с водой и подсумок с запасными магазинами. На правом плече – автомат Калашникова.
В глазах у каждого сквозила «высокая тоска, необъяснимая словами». А в душе прочно поселилось противное чувство страха вперемешку с ощущением безысходности.
Командир 4-й роты капитан Хорошевский еще умудрялтся шутить. Садист-извращенец, не иначе.
– Скажите спасибо, дорогие мои детишечки, что бежите марш-бросок без «броников» и без касок. Вам несказанно повезло. Бежите, фактически, налегке.
Ну, спасибо, етить твою… Куда еще «броники»? И так все лямки от тяжеленной амуниции в плечи больно вдавились.
– А куда бежим, товарищ капитан?
– Не куда, а сколько. Бежим традиционную десятку. То есть десять километров по «офицерским горкам». Рота, перемотать портянки!
– А почему горки «офицерские»?
