Один из официантов сразу же подошел к нам и повел нас к свободному столицу в глубине ресторана. Это место не было изысканным. Здесь не было белых скатертей на столах и узорчатых салфеток. Только небольшие столы и не так много пространства между ними.
Я заказал коктейль Личи-мартини, один из их фирменных напитков, пока Ария, нахмурившись, изучала барное меню.
— Буду то же самое, — в итоге сказала она, выглядя сбитой с толку и все еще немного удивленной моим выбором ресторана.
— Кажется, ты удивлена, — сказал я, когда официант отошел.
— Я не думала, что, учитывая обстоятельства, ты приведешь меня в место с азиатской кухней.
— Это лучший азиатский ресторан в городе, и он не принадлежит азиатскому синдикату. Он независимый.
Триада была не очень сильна в последние годы. Они направили все свои силы на западное побережье, что вполне меня устраивало.
— В Нью-Йорке есть независимые рестораны? — удивленно переспросила Ария.
— Несколько, но мы ведем переговоры, — они будут платить за защиту либо нам, либо русским. Другого выбора не было.
Ария раздраженно фыркнула, ее глаза все еще усиленно изучали меню.
— Помочь? — спросил я, когда стало очевидно, что сделать выбор для нее непосильная задача.
Ария смущенно улыбнулась.
— Никогда не пробовала корейскую кухню.
Я так и думал. Скудери не казался мне человеком, который часто выходит из зоны комфорта.
— Маринованный шелковый тофу и говядина бульдоги восхитительны.
Глаза Арии расширились.
— Ты ешь тофу?
— Если он приготовлен так, как здесь, то да.
Ария смотрела на меня так, будто бы увидела меня с другой стороны. Может, она, наконец, перестанет дергаться, когда я рядом.
— Просто закажи то, что считаешь лучшим. Я ем все, за исключением печени, — проговорила Ария, закрывая меню.
Я был рад, что она не из тех женщин, у которых список того, что они не едят, куда длиннее того, что едят.
— Мне нравятся женщины, которые едят нечто более существенное, чем салат.
Когда официант остановился у нашего стола, я озвучил наш заказ, пока Ария сражалась с палочками.
— Ты раньше никогда не использовала палочки? — спросил я, когда официант удалился. Я едва сдерживал смех, наблюдая за до предела сконцентрированным лицом Арии.
— Родители водили нас только в свой любимый итальянский ресторан, и, вообще-то, мне было запрещено ходить куда-то одной.
Конечно же, запрещено. Рокко Скудери держал меня в курсе событий.
— Теперь ты можешь ходить, куда пожелаешь.
Ария приподняла свои светлые брови.
— Правда? Одна?
Я наклонился ближе, чтобы люди за соседними столиками не могли слышать моих слов.
— С Ромеро или со мной, или с Чезаре, когда Ромеро будет занят.
Я мог сказать, что Ария была не особо этому рада, но не ожидала же она, что я позволю ей гулять без охраны. Решив отвлечь ее, я взял свои палочки.
— Давай я научу тебя, — я показал Арии, как двигать ими.
Прикусив губу крайне отвлекающим меня способом, Ария попыталась повторить мои движения, вновь с выражением глубокой концентрации на лице.
— Не удивительно, что девушки в Нью-Йорке такие худые, если они все время едят так.
— Ты куда красивее всех них, — ответил я, не колеблясь.
Ария взглянула на меня, будто бы была не уверена в серьезности моих слов. Она довольно долго смотрела в мои глаза, и я начал гадать, что же она пытается в них увидеть. Я старался балансировать между тем, чтобы они чувствовала себя комфортно со мной, быть благосклонным к ней, и тем, чтобы в ее голову не закрались никакие глупые надежды типа любви.
Ария была в полной безопасности: она знала правила нашего мира и то, кем я был. Но ее наивность и невинность все еще могли хранить в ней надежду на что-то, что никогда не произойдет.
Я подхватил кусочек говядины и протянул ей. Удивление мелькнуло на ее лице. Я с вызовом приподнял бровь. Она приоткрыла рот, а потом медленно сомкнула губы на палочках, от чего я едва не застонал. Она хотя бы представляла, какие картинки вспыхивали в моем разуме из-за нее?
— Очень вкусно, — сказала она, мило улыбаясь.
Видя ее невинную радость из-за чего-то столь простого, как поедание корейской кухни, заполнило меня новой волной эмоций.
Стоило нам вернуться в апартаменты, как Ария вновь напряглась и быстро скрылась в ванной. Я провел рукой по волосам, пока мои глаза смотрели на постель. Это будет нашей первой ночью в этой квартире, в этой кровати.
Пока я наблюдал за тем, как Ария наслаждалась нашим ужином, мое желание вспыхнуло с новой силой. Мне было так сложно понять ее. Почему она была столь напряжена.
Дверь ванной открылась, и оттуда вышла Ария, одетая в длинную темно-синюю ночную рубашку, которая идеально контрастировала с ее светлыми волосами и бледной кожей. Мои глаза были прикованы к разрезу, который демонстрировал часть ее гладкого бедра.
