— Зато ваша дочь почувствовала себя женщиной и как истинная женщина стала защищать свою собственность. Одновременно она злится и на вас, и на всех мужчин сразу, — улыбаясь ответила Наталья Николаевна, — а уж в, — тут Наташа употребила тоже матерное слово, что ранее использовала девочка, — точно передумала превращаться.
От резкого выброса адреналина, Наташа чувствовала себя бодрой и энергичной.
— Теперь, ваша дочь и жена будут поддерживать друг друга, психологический климат доверия между ними восстановится, — не отрываясь от зеркала и приводя в порядок растрепанные волосы, утешила мужчину Катя.
— А мне что делать? — угрюмо спросил мужчина,
— Сейчас закроем двери и устроим групповуху, — обещающе засмеялась Наташа, — вы по нашей вине от своих женщин пострадали, мы это компенсируем и отработаем, от женщин исходят не только страдания, но и удовольствия,
— В счет за консультацию мы это не включим, — заверила Катя, — Мы от души постараемся. Вам понравится.
Петр Андреевич Вяземский изумился, но ненадолго. Это был обычный, здоровый мужчина и отличный бизнесмен. Наталья Николаевна и Екатерина Алексеевна, были внешне очень недурны собой, а напряженные нервы требовали разрядки.
Петр Андреевич окинул взглядом помещение, оно было мало и для полноценных плотских утех не подходило.
— Девушки, — сладкоречиво предложил бизнесмен, — может лучше в гостиницу? Номер и все остальное я оплачу,
— Не могу я в гостиницу, — печально вздохнула Наташа, — я и так задержалась, мне к мужу надо,
— В гостиницу, — фыркнула Катя, — я вам не проститутка! Хотели здесь помочь и загладить вину, но раз не надо, то предложение снимается.
Петр Андреевич зло выругался и заметил, что угрюмость и давящее последние месяцы нервное напряжение, прошли. Он засмеялся.
— Этот метод называется: эмоциональные качели, — добродушно пояснила Екатерина Алексеевна, — быстрое переключение с одного раздражителя на другой, пациент просто не успевает зафиксировать свое состояние, организм защищается, и чтобы не лишится рассудка человек эмоционально отключается и успокаивается. А про ваше предложение с гостиницей мы никому не скажем, это врачебная тайна,
— Екатерина Алексеевна, в оплату вам дополнительно будет включено: стоимость несостоявшейся операции по смене пола; проезд до клиники, проживание; компенсация за моральный и физический вред, — по-деловому обратился к психотерапевту господин Вяземский, — А еще я буду вас рекомендовать своим партнерам. Благодарю! Вы отличный специалист!
Вяземский повернулся к Наташе,
— Что до Вас, уважаемая Наталья Николаевна, — с полупоклоном обратился к Наташе, Петр Андреевич, и весело договорил:
— Если бы Наталья Николаевна Пушкина, обладала бы вашим характером и вашими знаниями, то Дантес пел бы фальцетом в католическом хоре и неустанно благодарил бы Господа за то, что лишился только яиц.
[1] Иогель Петр Андреевич 1768–1855. Московский танцмейстер, учитель танцев в Московском университете, устроитель балов. В детские годы Пушкина «водили на знаменитые детские балы танцмейстера Иогеля». Иогель упоминается в романе Л.Н. Толстого «Война и Мир».
[2] Автор дал имя литературному персонажу, в знак уважения к памяти девичьей подруги Натальи Николаевны Гончаровой, княгини Екатерины Алексеевны Долгоруковой, урожд. Малиновской я (1811–1872). Дочери, сенатора, археографа, главного управляющего Московским архивом Коллегии иностранных дел Алексея Фёдоровича Малиновского (1762–1840), первого редактора, переводчика со древнерусского «Слова о полку Игореве» и Анны Петровны, урожденной Исленевой (1770–1847). Замужем (1833) за полковником князем Ростиславом Алексеевичем Долгоруковым
[3]Анна Алексеевна Андро, урождённая Оленина. Родилась 8 августа 1807 г. Умерла 15 декабря 1888. Дочь президента Петербургской Академии художеств А.Н. Оленина. Возлюбленная А.С. Пушкина в 1828–1829 годах.
[4] Автор дал имя литературному персонажу, в знак уважения к памяти друга Александра Сергеевича Пушкина, Петра Андреевича Вяземского (12 (23) июля 1792, Москва — 10 (22) ноября 1878, Баден-Баден). Русского поэта, литературного критика историка, переводчика, публициста, мемуариста.
[5] СИЗО — Следственный изолятор
Яйца Наташа не любила и не кушала, с них у нее пучило желудок и тогда она стыдливо, негромко пукала. А пукнуть при кавалере это гибель девичьей репутации и получение в свете оскорбительного прозвища. Скромная, благовоспитанная, невинная девушка не пукает, а благоухает ароматами французских духов. Духов маменька не давала. А вот куриные яйца как часть обеденного блюда за столом подавали. Впрочем, Пушкина который зачастил к ним с визитами и явно за ней ухаживал, маменька выпроваживала до обеда, но оставались вечерние визиты, так что яйца из своего рациона Наташа исключила, на что маменька с раздражением заметила:
— Ты что в еде ковыряешься, ешь что дают! Вот выйдешь замуж, тогда сама будешь свои порядки в доме устанавливать,
Продолжила с раздражением: