–Да, всё окай. Митяй уже на месте. Мы стартанули в четыре утра, – взявший сотовый Раис успокоил звонящего в отведённые оператором бесплатные десять секунд связи.
Завтрак, сборы в школу и на работу. Все вместе вышли на улицу. Маша пошла в школу, она была рядом за домом. Тут вдруг к подъезду лихо подъехал микроавтобус, водитель позвал Веру.
– Садись, шефы сказали, что всех будут собирать посменно и возить. А то вы жалуетесь, что транспорт к складам не ходит. Опаздываете, блин, постоянно, – водитель был зол и продолжил с ухмылкой. – Зато теперь работать лишние полчаса будете, а ещё выходные без оплаты, – водитель дежурной машины был явно огорчён, раньше он возил только грузчиков и охрану, а теперь ещё кладовщиков и бухгалтерию. В его голове это не укладывалось. Он злился и с удовольствием говорил гадости, дымя вонючей «Примой» прямо в салоне.
– Можно добросить мужа до центра?
– Да, почему бы нет? Залезай! – внезапно раздобрился шофёр.
Егор радостно забрался в машину. Тронулись. «Как здорово устроилась Вера, хоть ей повезло», – подумал Егор. Тепло в сочетании с мерным покачиванием разморило, погрузив в тревожный сон.
– Выходи, – Вера больно толкнула в бок Егора, но тот сладко спал.
Вот большая двухуровневая квартира, Егор с семьёй живёт здесь уже пару лет. Он вышел на лоджию. Вдали был океан, тёплый морской воздух приятно ласкал кожу. Тут на соседнюю лоджию вышел пижон, его бывший рекламный агент, закурил сигару и отпил огромный глоток коньяка.
– Я же тебе говорил, встреться с ними, и смотри, что получилось. А ты не хотел!
– Не думал, что так мощно пойдёт их тема, – Егор нехотя отвечал пижону, нежась в лучах восходящего южного солнца.
«Тема… какая тема… с чего мы так поднялись…» – во сне Егор не мог вспомнить, чем они занимаются. Зато вспомнил имя пижона, его звали Артур…
Вдруг больно ударило в бок, сон развалился, как упавший пазл, на глазах из картины сна стали вырываться куски разных причудливых форм, исчезая где-то во вселенной. Последним исчезло довольное лицо Артура, оно лопнуло, издав, почему-то, скрип. Егор резко вскочил, ударился головой о поручень.
– Эх, чтоб тебя! – боль пронзила голову.
Сон как рукой сняло. Быстро выскочив из автобуса на светофоре, Егор сразу уткнулся в торец нужного здания.
Здание монументальных форм – НИИ постройки начала 60-х. Облицовано до подоконников первого этажа неровными гранитными плитами, с большими окнами и высокими потолками. Здание расположилось на двух улицах. Центральный вход весь в граните, ступени выходят на главную улицу города. Утро, ещё темно, большие окна отбрасывают жёлтый свет на сугробы, народ непрерывным серым потоком движется кто куда. Тут кругом – бывшие НИИ, теперь это на 70% офисные здания, скоро рабочий день, все спешат. Люди словно маленькие шестерни в сложном редукторе: кто – маленькая и, кажется, незначительная, кто – большая силовая. Но если на месте не окажется любой из них, то механизм встанет или будет работать не так эффективно. Егор делает важный вид большой шестерни и заходит в здание.
– Пропуск, – вахтёр непреклонен, он-то повидал всякого.
– Мне сюда, – Егор показал визитку, став сразу несчастным, попытавшись вызвать сочувствие.
Вахтёр, смягчившись, решил продемонстрировать свои глубокие познания о местах нахождения арендаторов.
– Это в подвале, у них вход с другой стороны. Там лабиринт: надо сначала подняться на этаж, потом повернуть, пройти метров 300 по коридору и спуститься на лифте в подвал. Потом сразу влево, ещё повернуть налево, потом прямо, до упора, – излагая всё это, охранник светился изнутри, наслаждаясь своими глубокими знаниями в хитросплетении коридоров и офисов.
Егор, достав лист, попытался записать инструкцию прохода к новым знакомым. Ручка насмерть замёрзла, пришлось взять предложенный благодушным лектором карандаш.
Вторая попытка проникновения с другой стороны здания удалась, но искать, спрашивать, куда идти, пришлось ещё несколько раз. В конце концов через сорок минут странствий Егор открыл металлическую дверь в большую, по меркам Егора, комнату без окон. Комната была вся залита ярким светом, площадь комнаты составляла метров восемьдесят. Четверть комнаты завалена ещё не сшитыми, необрезанными листами. Ещё четверть захламлена готовой продукцией: методичками и листовками. В комнате стоял ризограф – листоподборочная машина с резаком – и большой степлер. Сильно пахло краской и бумагой. В комнате никого не было. Присмотревшись, Егор увидел маленькую комнатку без двери, там, в темноте, слышалось движение.
– Доброе утро, я от Артура-пижона, – Егор почти выкрикнул приветствие.
– Да, вспомнил. Меня зовут Саня Громов. А там, за компом и с чаем, Мишка.
Саня был жёлтого цвета, с синяками под глазами, худ, невысок, коротко острижен. Мишка, напротив, высок, крепок, с усами и длинными волосами. В маленькой комнате стоял комп, сканер и два принтера. Один – лазерник, другой – дешёвый струйник.
