Хоган
Джози
Хоган
Джози. Да замолчишь ты или нет? Я знаю, ты надо мной потешаешься. Джим тебе нравится, и дурить его не будешь, даже если бы я захотела.
Хоган. Не буду – если он меня не вздумает дурить.
Джози. Он-то не вздумает.
Хоган. Пожалуй. Но у меня простое правило: никому не верь до конца, даже себе.
Джози. Ну, насчет себя ты прав. Я часто подозревала, что ночью ты тайком слезаешь с кровати и воруешь у себя из карманов.
Хоган. А женить его на тебе – я это не считаю за коварство.
Джози
Хоган. Ты сама меня надоумила насчет женитьбы, и я, как говорится, хочу взвесить преимущества такой сделки. Вы одного поля ягоды, оба бесстыдники. И брак у вас будет счастливый – друг на друга не сможете смотреть свысока.
Джози. Джим, может, иначе думает.
Хоган. То есть думает, что ты ему не ровня? Дурак будет, если так подумает. Отец его из грязи выбрался, стал богатым и знаменитым, а раньше плевать хотел, кто ему ровня, а кто нет. Я же видел, как он у себя на ферме работал – в таком наряде, что я бы на пугало не надел. И все равно ему было, кто его таким увидит.
Джози. Он-то джентльмен, а ты его надул – и меня еще заставил помогать. Я совсем была девчонкой. Он тебе написал, что агент ему пожаловался, что ты год не платил за аренду. И он, черт возьми, этого не потерпит – и приедет, и сам с тобой разберется. А ты заставил меня нарядиться, волосы расчесать, ленту надеть – чтобы я его смягчила до того, как с тобой встретится. Я побежала ему навстречу, сделала книксен, взяла его за руку и глазами хлопаю, и в дом веду, и угощаю хорошим виски, которое ты для себя одного бережешь, и глазею на него, и говорю, что он самый красивый мужчина на свете. И злость с него тут же слетела.
Хоган
Джози
Хоган
Джози. А потом ты вошел, и, не успел он рот открыть, говоришь ему, что уйдешь с фермы, если не снизит аренду и не покрасит дом.
Хоган. Он прямо остолбенел.
Джози. Однако сказал, что такого жулика, как ты, еще не рождала Ирландия.
Хоган. Он сказал это с восхищением. А потом мы стали пить, байки травить и песни петь, и, когда он уходил, об аренде даже не вспомнили – так англичан наперебой проклинали.
Джози. Ага. И уловки твои насквозь видел.
Хоган. А я, думаешь, не знаю? Так в том и штука, чтобы видел и радовался своему уму и на меня не налегал. Вот она, главная-то уловка.
Джози
Хоган. А ты не будь такой подозрительной. Тебя я обманывать не стану. Ты слишком хорошо меня знаешь. Но мы о другом говорили. О Джиме, а не о старшем. Я говорил, что выйти замуж за него было бы неплохо.
Джози
Хоган. Я бы не думал об этом, но вижу, что тебя к нему тянет.
Джози
Хоган. Видела бы ты, как у тебя глаза загораются, когда он с тобой любезничает.
Джози
Хоган
Джози. Это потому, что он сюда повадился ходить? Ну да, ему надоели пьяницы в трактире. И ходит он не ко мне, а с тобой побалагурить.
Хоган. Ведь я о твоем счастье думаю, когда советую тебе подцепить его. Если ума хватит.
Джози. Если!
Хоган. Как знать. У тебя было столько дружков – должна знать подход к мужчинам.
Джози
Хоган. Если останешься вдвоем с ним нынче вечером… Тут тебе и луна, и поэзия, и грусть…
Джози. Ага, вот и Майк меня так же настропалял.