Тайрон(глядя на нее с изумлением). К чему столько благородного негодования, Джози? Вы ведь сами сказали своему недостойному папаше, что я шучу. (Хогену.) Наконец-то я вас прижал, Фил. Теперь надо выяснить, когда вы заплатите ваш должок за аренду.
Хоген(со смехом). Помещик-шантажист! О Господи, за что все это мне грешному!
Джози с облегчением улыбается.
Тайрон. А вы, Джози, помните, что сегодня, когда я приду на свидание, вы должны быть со мной очень милы.
Джози(нахально). Ну, меня вам для этого шантажировать нечего. Я и так постараюсь.
Хоген. В моем присутствии нацеливаетесь соблазнить мою единственную дочь? Но что делать? Раз уж напьюсь в трактире, как же я смогу помешать вам? (Поднимается по ступенькам.) Давайте же наконец обедать! Прямо подыхаю с голоду. (Исчезает за дверью.)
Джози(с неловкой игривостью берет Тайрона за руку). Пойдемте!
Тайрон(шутливо улыбается). Боитесь меня потерять? Вот и зря… (Смотрит на нее, с искренним чувством.) Какая у вас красивая грудь, Джози, вы это знаете?
Джози(обрадовавшись, застенчиво). Нет, но я рада, если вам так кажется… (Быстро.) Некогда мне слушать ваши шуточки, старик заждался своего обеда. Пойдем скорей! (Тянет его за руку, и он идет за ней по ступенькам. Тон ее меняется, она становится мягкой, заботливой.) Обещайте, что вы хоть немножко поедите, Джим! Вам надо есть. Нельзя так жить – пить и почти ничего не есть. Вы себя губите.
Тайрон(язвительно). Правильно! Люблю, когда со мной нянчатся.
Джози(ворчливо). И буду! Давно пора, чтобы кто-нибудь о вас позаботился! (Уходят в дом.)
Занавес
<p>Действие второе</p>Та же, декорация, только стена дома теперь отсутствует, и видна жилая комната. Теплая ясная ночь, все кругом залито лунным светом. Джози сидит на ступеньках. Она принарядилась, на ней праздничное синее платье, черные чулки и туфли. Волосы тщательно причесаны, к груди приколот белый цветок. Она сидит сгорбившись, положив локти на колени и подперев руками подбородок. На лице у нее выражение грусти, обиды и одиночества. Она со вздохом поднимается на ноги и распрямляет спину, которая затекла от долгого сидения. Идет в комнату, пошарив, находит спички и зажигает настольную керосиновую лампу.
Комната небольшая, с низким потолком, голым дощатым полом, обои выцвели и засижены мухами. Она тесно заставлена случайной мебелью, видимо, приобретенной на распродаже. Посредине стоит стол, рядом потертое мягкое кресло, в глубине по углам слева и справа два безобразных буфета; у плетеной качалки, выкрашенной зеленой краской, большая дыра в сиденье; у задней стены – бюро, два стула по обе стороны двери, ведущей на кухню. На бюро будильник; стрелки показывают пять минут двенадцатого. Справа, ближе к авансцене, дверь в спальню Джози.
Джози(смотрит на будильник, уныло). Пять минут двенадцатого, а говорил, что будет около девяти. (Вспыхнув от унижения и гнева, срывает с груди цветок и швыряет в угол.) Ну и черт с тобой, Джим Тайрон!
Вдалеке на дороге ночная тишина нарушается тоскливым напевом. Слышен голос Хогена, распевающего во весь голос жалобную ирландскую песню.
