Когда рассвело, отряд двинулся по равнине, зажатой между двумя горными хребтами. Но все четыре ручья, повстречавшиеся им, оказались пересохшими.
- Лето,- объяснил Перико,- лето наделало дел... Но не стоит унывать: мы еще до полудня выйдем к реке Тара-Тара. Как ни мало в ней осталось воды, а нам хватит, чтобы окунуться с головой.
В восемь утра солнце уже жгло нестерпимо. Земля была все такая же бесплодная и твердая. Насколько хватал взгляд, не было видно ни единого деревца. Впереди возвышалась покрытая зеленью гора. К небу поднимался дымок.
- Это деревня. Это вода,- еле ворочая пересохшим языком, сказал Филипп.
Но, кроме двух десятков старух, в деревне никого не было, а вместо обещанного Перико могучего и бурного горного потока солдаты увидели жалкий ручеек.
- Где же люди? Где река? - допытывался Гуттен у старух, но те отвечали только:
- Вода, вода.
- Когда вернутся жители?
- Вода, вода,- твердили они, прибавив еще несколько невразумительных фраз.
- Старуха говорит,- перевел Перико,- что все покинули деревню. Засуха была очень жестока. Они просят не мучить их, а прикончить сразу.
- Скажи, что им нечего нас бояться. Мы немного отдохнем здесь, а потом разобьем лагерь у подножья горы - до нее не дальше лиги, и, должно быть, она богаче водой и дичью, чем эта пустошь.
- Я тоже так думаю,- вмешался солдат по имени Серрано.- Позвольте, ваша милость, я с товарищами пойду вперед прямо сейчас. Мы уже утолили жажду. Хочется поскорей покинуть это дикое место.
- Что ж, мысль неплоха,- ответил Филипп.- Карвахаля теперь можно не бояться, а охотиться лучше мелкими отрядами, а не целым эскадроном.
- А кроме того,- продолжал Серрано,- мы проложим дорогу кавалерии: ведь на горных тропах тяжелей всего приходится лошадям.
- Хорошо, Серрано, я согласен с вами. Всем шестнадцати пехотинцам выступить немедля! Ждите нас на вершине. В Коро войдем вместе.
- Слушаю, сеньор губернатор,- сказал солдат.
- Да, вот еще что! Возьмите с собой драгоценности и карты: освободите лошадей от всякой клади. Мы все, за исключением Перико и Магдалены, пойдем пешком.
Гуттен, улыбаясь, простился со своим авангардом.
- Зря ты их отпустил,- буркнул Янычар.
- Почему? Мы же договорились о том, что нам лучше разделиться.
- Перед боем силы не дробят: лучше вместе поголодать, чем погибнуть поодиночке. А есть и вправду охота! Жаль только, нечего.
- Потерпи немного,- отвечал Диего Пласенсия,- как солнце сядет, все окрестное зверье придет на водопой. Тогда и пригодятся наши арбалеты.
- Эти бы речи да богу навстречу,- зевнув, сказал Янычар.- Что ж, ляжем спать.
Вскоре послышался его храп. Солдаты погрузились в сон.
Тревогу подняла Магдалена:
- Проснитесь, вставайте! Старухи сбежали!
- Они не поверили, что мы пришли с миром! - воскликнул Гуттен.
Уже удлинились тени и начал спадать нестерпимый зной, когда Филипп приказал выступать:
- Самое время. Разобьем лагерь у подножья горы. Нас мало, и мне не нравится, что старухи удрали. Они могут навести на нас воинов своего племени.
- Ты рассуждаешь правильно,- одобрил его Янычар.- Поторопимся убраться отсюда.
Лошади, утолив жажду и почуяв впереди свежую траву, галопом понеслись по равнине. Сьерра-де-Коро громоздилась уступами, напоминавшими крепостные башни. Дорога, ведшая в город, напоминала подъемный мост замка Вюрцбург. С каждым десятком шагов склон становился круче. Гуттен огляделся. Там, где гора острым клином врезалась в дорогу, росли несколько акаций необыкновенной толщины, способных выдержать тяжесть тела в гамаке. Внизу виднелась скалистая лощина, по дну которой тек пересыхающий ручей.
- Должно быть, стоит поискать маис для нас и какого-нибудь корма для лошадей,- сказал Янычар.
- Согласен,- вяло ответил Филипп, глядя, как на небо выплывает луна.Ночь будет ясная, светло как днем, в поле виден каждый колосок.
- Итак, мы отправимся искать пропитания,- сказал Янычар,- а вы ожидайте нашего возвращения. С тобой остаются Вельзер, Грегорио Ромеро, Руис Вальехо и Диего Пласенсия. К полуночи будем в лагере.
Гуттен, улегшись в г 'мак, слушал, как стучат, постепенно замирая, копыта их коней.
- Ваша милость,- сказал Вальехо,- не позволите ли вы мне с малышами попробовать подстрелить зайца в той лощине?
- Ступай,- все так же вяло проговорил Филипп, чувствуя, что погружается в дремотную истому.
Смеркалось, и лучи заходящего солнца спорили с бессильным лунным сиянием. Наконец солнце скрылось за горизонт, сразу стемнело, ибо луна еще только начинала свой путь по небосводу.
- Глядите, ваша милость,- с тревогой сказал Пласенсия,- старые ведьмы вернулись в деревню и, должно быть, привели с собой людей. Вон сколько огней! Вовремя мы убрались оттуда. Они изрубили бы в куски наш крошечный изголодавшийся отряд.
Тьма стала совсем непроглядной, и луна не могла разогнать ее.
- Можно и нам развести костер? - спросил Ромеро.
- Делайте что хотите, друзья,- рассеянно ответил Филипп, предававшийся воспоминаниям о Фаусте и его пророчествах.
Солдаты, растянувшись в гамаках, заснули. Вельзер и еще двое сидели вокруг костра.
