У Крофта возникло такое чувство, что все присутствующие повернули головы к нему (хотя на самом деле этого, разумеется, не произошло и не могло произойти), кроме Хэнксона, который и не отворачивался от него.
– Седрик! – позвал предводителя голос второго заключенного.
– Да, что ты?
– Здесь!
Рука Набтаала была направлена прямо на сидевших в командном пункте. Седрик Сайпер, повернувшись, пошел прямо на них. Вдруг перспектива изменилась, резко повернувшись вокруг своей оси, и уже в следующую секунду его лицо заняло весь экран, а потом еще приблизилось, и в конце концов, кроме его рта, на экране ничего не было видно.
– БАНЗАЙ! – раздался оглушительный крик, настолько громкий, что хрипнули динамики и все невольно вздрогнули.
Секунду спустя изображение исчезло с экрана, на этот раз окончательно.
– Они уничтожили и вспомогательный зонд, – объявил Хэнксон, после чего с лицом невинного младенца повернулся к Крофту – А что теперь, командир?
Крофт, сунув мизинец в ухо, пытался отделаться от звона, вызванного этой неожиданной акустической атакой.
– А теперь нам необходимо срочно придумать что-то другое, – высказался он.
Хэнксон снисходительно улыбнулся
– У пас уже есть какая-нибудь идея? Может, нам их просто отпустить на все четыре стороны? Но они знают, что мы не сможем на это пойти, даже если бы захотели. И я не верю, что нам остается что-нибудь другое, чтобы приманить их. Большинство из них находится и так уже о пограничном состоянии. Самое позднее через месяц, ну, может, через два, нам так или иначе пришлось бы их изымать оттуда. Это самые отпетые берсеркеры. Если бы вы видели, что они сделали с этим роботом, как они его разнесли в куски! У меня есть видеозапись. Хотите взглянуть?
– Нет необходимости, – сухо отказался Крофт. – Я и так могу себе это очень хорошо представить.
Он обратился к сидевшей за одним из компьютеров брюнетке:
– Сэлен, что там говорит ваш компьютер о наихудшем варианте?
– Вероятность того, что заключенные в рамках тех тридцати семи секунд, что отведены для операции роботов-штурмовиков, смогут вызвать наступление цепной реакции, при самом неблагоприятном для нас раскладе составляет восемьдесят семь процентов, – ответила молодая женщина.
На приборы она не смотрела. Было ясно, что она ожидала этого вопроса. Норов у нее был не менее строптив, чем у Хэнксона, но Крофт высоко ценил ее как специалиста в том, что касалось общения с компьютерами и получения необходимых данных.
«При самом неблагоприятном для нас раскладе...» Если принимать во внимание, что у него начиналась сейчас полоса невезения, то все вышесказанное могло свестись лишь к тому, что уже очень скоро им придется распрощаться с этой штольней.
– А вероятность того, что цепная реакция, могущая возникнуть, в течение нескольких последующих секунд распространится и на соседние участки, – продолжала Сэлен, хоть Крофт и не требовал этого от нес, – лежит в границах шестидесяти процентов.
– Предполагается, что операция будет проходить с результатом 50 на 50, – дополнил Хэнксон, и на лице его по-прежнему наличествовала эта ненавистная Крофту самодовольная ухмылочка. – Может быть, вас интересуют цифры для самого неблагоприятного ее хода, если, например первая попытка штурма не увенчалась успехом?
Крофт покачал головой.
– Благодарю. Я уже получил свою порцию дрянных новостей. Может, у вас есть для разнообразия что-нибудь хорошее?
– Есть. Но я не уверен, понравится ли это вам, – Хэнксон ухмыльнулся, обнажив при этом безупречно ровный ряд ослепительно белых зубов, а у Крофта возникло непреодолимое желание заехать по ним кулаком. – Через пять минут мое дежурство заканчивается. Но поскольку вы здесь и возьмете руководство операцией на себя, то полагаю, что вы и один сумеете, справиться со всем.
– Знаете, Хэнксон, я вас определенно когда-нибудь убью, – произнес Крофт, на губах у него блуждала мечтательно-загадочная улыбка. – И в ваших же собственных интересах я настоятельно советую вам в порядке исключения закончить ваше дежурство здесь на пару минут раньше и как можно скорее убраться отсюда, с глаз моих, Чтоб духу вашего здесь не было! Ясно вам?
– Большое спасибо!
Все так же вызывающе улыбаясь, Хэнксон поднялся и покинул командный пункт. Крофт бросил ему вслед испепеляющий взгляд. Он с самого начала возненавидел этого Хэнксона. Каким-то шестым чувством он всегда улавливал, что он был из тех, кто в один прекрасный день может оказаться для него весьма опасным. Этот проклятый ублюдок был к тому же тщеславен донельзя, и, в отличие от Крофта, его здесь любили. Просто он был слишком хорош собой, слишком располагал к себе, слишком уверенно держался, чтобы долго задерживаться в роли второго человека. Крофт не сомневался, что Хэнксон втайне постоянно ждал, что Крофт совершит какой-нибудь фатальный промах. А что же касалось самого Крофта, то он был готов подарить Хэнксону эту чертову базу. Неужели этот идиот и действительно полагал, что Крофт способен держаться за это место?!
– Каковы будут ваши дальнейшие распоряжения, командор? – вырвал его из этих раздумий голос Сэлен.
