Глава22Лунанад Бездной Мывошли в тронный зал чертогов Апиона. Сам громовержец выглядел ужасношокированным и одновременно подавленным — будто у него сгорелдом или кто-то умер. -Здравствуй, отец, — выдавил он из себя хмурым голосом. -И тебе не болеть, Апион, — ответил Иллиндил. -Кого это ты привёл?! — сорвался на крик мой дядя, заметив меня,и я увидел, как его глаза наливаются кровью. — Сардэк! КакогоДагона ты явился сюда?! Готовься к смерти, ублюдок! Апионвзмахнул рукой, и с неё слетела шаровая молния. Я, не до концаосознав, что меня атаковал дядя, в последний момент уклонился от неё,и она лишь оплавила кончик моего крыла. Крылья регенерируютсямедленнее всех остальных частей моего тела — в них мало крови,содержащей в себе мазь регенерации. -Арастиор! Взываю к тебе! — крикнул громовержец, и в тронномзале появился и его старый соратник, набросившийся на меня, выхвативклинки, один из которых загорелся синим пламенем, а второй -багровым. Чтоза демонщина?! Почему и Арастиор напал на меня?! Они с Апионом былидвумя единственными богами, которым я доверял, верил более, чемсобственной матери! И тут оба атаковали меня! Доверять нельзя вообщеникому! Неужели они давным-давно организовали заговор против меня, илишь сейчас, когда я обрёл силы Бога Изначального, перешли к егоосуществлению?! Вполне вероятно, но сейчас надо выжить. Ямолниеносно достал из ножен чёрный меч, парируя им одновременно обаклинка Арастиора. Синий и красный огни клинков бога войны поглощалисьхаотической сущностью чёрного меча Бездны. Арастиор усилил мощностьобоих клинков, и два выхлопа пламени поползли по лезвию моего меча.Столкнувшись, они слабо взорвались, откинув нападающего. Похоже, мойклинок послужил хорошим проводником высших энергий, и заряды Абсолютаи Хаоса, оба мощные, но противоположные по знаку, столкнувшись,устроили замыкание. Мечи Арастиора, оказавшись в среде с высокойтемпературой, обмякли — и начали плавиться. Бог войны силойКоцита охладил их, придав более устойчивую форму. -Остановитесь! — закричал Иллиндил. -Отец, не вмешивайся! — ответил Апион и щёлкнул пальцами.Иллиндил превратился в бесплотного духа. Апион вернул Иллиндилу плоть— это значит, что он может и спокойно развоплощать его обратно.Сам же мой дядя протянул вперёд правую руку, и с кончиков его пальцевслетело множество светло-синих шариков клатхи. Я пригнулся, ичародейские снаряды изрешетили мои крылья, оставив от них одни лишькостяшки на лопатках. Я воззвал к пламени Левиафана, породивнесколько мощных выхлопов огня сразу на обоих противников. -Аватары! — прорычал Арастиор, и перед ним возникло несколькоего абсолютных двойников, с таким же агрессивным выражением лица идвумя мечами на изготовке. Они запылали багровым пламенем — итеперь казались демонами, поднявшимися прямо из глубин Геенны.Аватары бросились в мою сторону. Я старался уворачиваться от них, нобез крыльев это было очень сложно. Одним чёрным клинком я пыталсяотбиваться от множества мечей двойников Арастиора, но они заделименя, оставив раны на лице и спине. Секундочку! У меня же естьспособности Бога Изначального. Надо телепортироваться отсюда в замоккняжества Аваддон, а там — объединив народы Бездны противпредателей, покончить с ними. Я попытался перенестись, но способностьдала сбой: вероятно потому, что с тех пор, как я вновь разделился сальтер-эго, мои навыки снова ослабли. Я перенёсся лишь на десятокшагов от аватаров. Те вновь побежали на меня, загоревшись краснымпламенем. Я создал волны холода из Коцита, остудившие двойниковАрастиора. Те перестали гореть и встали, замёрзшие. -Марта, фас! — крикнул Апион, и перед ним материализовалсяфамильяр, зверобог. Крылатая пантера тоже ринулась на меня, и еёпасть замкнулась в расстоянии пальца от моей шеи. Она вновь оскалилазубы. Я попытался порвать её пасть, но то сжала её сильнее, иоткусила мою правую руку, в которой я держал клинок. Тогда я вспомнилнавыки, которым учила меня Цовинар. Властитель Бездны должен бытьготов отразить удар любого чудовища, как подводного, так и наземного.У каждого животного есть уязвимая точка — на пересечении двухвоображаемых линий от правого глаза до левого уха и от левого глазадо правого уха. Если ударить в эту точку со всей силы, животноесдохнет. Или хотя бы потеряет сознание. Я сжал левый кулак как можносильнее и со всей дури врезал Марте в лоб. -Пр-роклятое пор-рождение Бездны! — закричала Марта, умирая. Меняокружали Апион и двойники Арастиора. Я чувствовал, что теперь ониблокируют мою и так ослабевшую способность к телепортации. Осталсяпоследний козырь, который, пусть тоже не такой мощный, как раньше, нодолжен сработать. Форма Древнего, гигантизация. Ямысленно воззвал к Бездне, и с удовлетворением заметил, чтоувеличиваюсь в росте. Я стал выше человека в три раза. Вполнедостаточно, чтобы справиться с парочкой богов-отступников. Моя праваярука начала потихоньку восстанавливаться. Я от души пнул одного издвойников Арастиора, и он отлетел до стены, со всей силы ударился иначал рассыпаться, словно песочный человечек. Ноостальные двойники времени даром не теряли. Они, прыгая, словнокузнечики, отрубили обе мои руки. От адской боли я упал на колени, иАрастиор с Апионом собственноручно отрубили мне по ноге. Боги сделалипас руками, и в воздухе возникли цепи светлых клатхических энергий, сгудящим звуком Абсолюта связавших мою шею и то, что осталось отконечностей. Эти светлые энергии сильно обжигали меня, порождениеХаоса, а сам я лишился своей светлой сущности... или тёмнойсущности? Теологические вопросы уже не так важны, когда идутпоследние минуты твоей жизни. -Едрить твою мать! — выругался Апион. — Конец пришёл тебе,предатель! Ты — сукин сын, и мать твоя — сука! -Подонок! — выкрикнул Арастиор, и от души залепил мне кулаком вглаз, выбив его. — Ты предал наше общее дело! Ты выбрал неправильную сторону, сын Зары! -Я предал?! — моему возмущению не было предела. — Это выпредали меня! Я пришёл к вам с миром, а вы атаковали! Первыми! Какдавно вы задумали заговор против меня, двуличные небожители?! Сейчас,месяц назад или когда я родился?! -Заговор?! Хватит нести чушь, убийца! — ответил Апион. -Мы напали на тебя первыми лишь потому как ты наш враг, порождениеБездны! -С каких это пор ты стал расистом, дядя Апион?! -Не называй меня дядей! Ты мне не родня больше, чудовище! После того,что ты натворил, я не могу терпеть одного только факта твоегосуществования, как и того, что я когда-то помогал тебе — ипривёл тебя к власти, что окончательно тебя испортила! -Я натворил?! Власть меня испортила?! О чём это ты вообще?! -Только не надо притворяться, будто не понимаешь о чём речь! -гневно выпалил Арастиор. — Мы боги, а не идиоты! -Клянусь Бездной, я ничего не знаю! -Убить тебя мы всегда успеем, пока ты скован, — сказал Апион. -Попробуй, развлеки нас своими небылицами перед смертью. Неужели непомнишь, какое злодеяние совершил последним? -Да покарает меня Бездна, если я вру, — вновь поклялся я. -Как будто ей нечего делать, как карать очередного мелкого владыку измелкого мирка, — оскалил зубы Апион. — Ладно. Поиграем в твоюигру. На секунду предположим, что ты говоришь правду, и у тебя вочередной раз возникла амнезия. Тогда я сам расскажу о твоих"подвигах". Тыобъявил себя Единым Богом, который будет властвовать над ЦарствомЗемным, Царством Водным и Царством Небесным. Ты послал эмиссаров костальным богам, чтобы признали твоё главенство. Все ответилиотказом. Мы с Арастиором решили, мол, мальчик с амбициями дорвался довласти, вот и слегка снесло крышу. Ничего, подумали мы, год-другойпереболеешь и успокоишься, слегка повзрослеешь и привыкнешь кбожественности. -Но далее ты удивил нас сильнее, — рассказ продолжил Арастиор. -Ты объявил мать своей заместительницей и советницей. У нас просточелюсти отвисли — это после того, что она сделала с тобой итвоим отцом. Дальше пошло ещё интереснее — ты заключил союз сЗолотой Маской, своим собственным злейшим врагом. Золотая Маска же,не будь дурак, получив в союзники Верховного владыку Бездны и бога водном лице, на радости открыл всем свою личность. -И кем же он оказался?! -Древним чародеем Азизом Шакиром. Мнеэто имя ничего не говорило, однако, судя по интонации Арастиора, этобыл очень опасный враг. -Друг моего врага — мой враг, — продолжил Апион. — Но мырешили, что ты пока просто не понял, во что ввязался, да и кто такойШакир толком не знал. И решили понаблюдать за тобой — и покалично ты не вредишь лично нам, бороться с Зарой и Шакиром и ничего непредпринимать против тебя. -Но потом ты удивил нас ещё сильнее, — сказал Арастиор. — Тысказал, что силы Луны позволяют тебе править водным миром, приливами,а как следствие — и порождениями Бездны, но лунное притяжениедовольно слабо влияет на моря, поэтому ты, прекрасно представляяпоследствия, изменил орбиту нашего спутника, придвинув небесное телов пять раз ближе к земле. -Какие ещё последствия? — не понял я. Хотя начал догадываться... -Штормы стали возникать куда чаще, — ответил Апион. — Тайфуны ицунами, волны-убийцы. Большинство человеческих кораблей пошло ко дну.Цунами полностью смыли большинство прибрежных городков и маленькихостровков. Дарвуд погиб! Включая твоих друзей! Да ты знаешь, щенок,что из-за штормов в Дарвуде погиб Кантер, твой названный отец?! -Кантер погиб?! Не может быть! Не может быть из-за меня! Это был не я! -Не ты?! — истерично захохотал Апион. — А кто же это могбыть?! Твой брат-близнец?! Кто ещё может выглядеть как ты, зватьсяСардэком и быть при этом богом Луны?! Я уже устал от твоей лжи, сынЗары! Яблочко от яблони недалеко падает! Но тебе дальше падать уженекуда, покойник! Твоя душа принадлежит мне! Апионпротянул левую руку, и в воздух влетело несколько камней душ. Ониокружили меня, связавшись энергетическими прутьями, куда болеемощными, чем цепи, держащие мои конечности. Прутья пересеклись, иполучилась своеобразная клетка. Апион выставил правую руку, и яощутил, что моя сущность затягивается в камни душ, а из них переходитв тело Апиона. Весь мир почернел и закружился вокруг меня. -Не забудь о моей доле, — услышал я голос Арастиора. Наверное,последнее, что слышу перед смертью. -Хватит! — раздался голос Иллиндила, и я ощутил его присутствиерядом с собой. — Я не потерплю, чтобы мои потомки уничтожалидруг друга! ДухИллиндила встал между мной и Апионом. Похоже, он защищал меня собой!Если Апион не остановится, он поглотит дух собственного отца. -Отец, Сардэк — злодей! Не знаю, сейчас ли он обратился ко злу,или планировал всё с самого начала! -Верь ему, Апион, — сказал Иллиндил. — Это был не Сардэк.Вернее, не тот Сардэк, которого ты знаешь и который сейчас стоитперед тобой. Сам подумай, сын: зачем Сардэку стремиться стать главнымнад Бездной, если он и так почти единогласно признан Верховным. -Получается нелогично, но я не понимаю, каким образом может быть дваСардэка, — ответил Апион. -Скажем так, у Сардэка раздвоение личности, — продолжил мой дед. -Причём не только психическое, но и физическое. Всё то плохое, чтобыло в нём, обрело отдельное тело. Это — внутренний демон,унаследованный им по женской линии. -Это пр-равда, — произнёс вошедший в зал отец Гирдэк, верховный жрецАпиона. — Я своими глазами видел, как его тело раздвоилось начеловеческое и хаотическое. Только тогда злым было хаотическое. -Я унаследовал эту демоническую составляющую не от отца, а от матери,и на этот раз она овладела моей человеческой сущностью, — сказал я. -И мать пробудила её во мне. -Ещё одно, Господь мой, — продолжил жрец. — Твои храмовникисвязались со мной телепатически и докладывают, что твердыня Унтаркбыла атакована лично Сардэком три минуты назад. Он перебил с десятокДворцовых котов, после чего его прогнали и он смылся. А наш Сардэктри минуты назад был здесь. На многое способны боги, но даже они немогут находиться в двух местах одновременно. -Может быть, он создал себе аватара? — спросил Апион. -Не может! — ответил Арастиор, бывший специалистом в этом деле.— Даже так нельзя реально быть в двух местах одновременно. Еслитвой дух вселяется в аватара, твоё собственное тело находится втрансе. Если аватар может существовать автономно, то его разумненамного превосходит голема. Если же он назначил аватаром живоесущество, что проделал и Ваагн, то его способности ограничены. Ононеспособно быть метаморфом и принять точный облик оригинала. -Разумно, — произнёс Апион с ещё более угрюмым лицом, так как узнал огибели отряда своих храмовников. — Итак, Сардэк, твои словаподтверждают мой отец и мой верховный жрец, а им нет смысла меняобманывать. Так что отныне я верю в твои слова. Я приношу извиненияза нападение и нанесённые мной оскорбления. -Я также извиняюсь, — вставил своё слово Арастиор. Ещётри минуты назад я ненавидел Апиона с Арастиором, так как считал ихпредателями. Но оказывается, они думали обо мне то же самое. И я, иони — все мы стали жертвой третьей стороны. -Извинения приняты, — ответил я. Апионщёлкнул пальцами, и мои энергетические цепи распались. Я уменьшилсядо человеческого размера, мои конечности и глаз начали потихонькувосстанавливаться. Я свободен... -Но гибель Дарвуда... — подавленным голосом выдавил из себя я. -Моего отчима Кантера... Я действительно имею ко всему этомукосвенное отношение... -Не вини себя. Давай лучше думать, что будем делать дальше. -Я убил Марту... -Это же мой фамильяр и зверобог. Пока я существую в любом виде, еёлегко воскресить. Я уже потерял счёт её смертям. Если Марта непогибала хотя бы два-три раза за месяц, то считает, что месяц незадался. Но вернёмся к нашим насущным проблемам. -Азиз Шакир... Я что-то слышал от тебя про него. -Это очень опасный враг. Мы побеждали его много раз, убивали, изгонялив Ад, но он всё равно потом возвращался. -Насколько я знаю, он был человеком, а не властителем Бездны. -Шакир много кем был. Последний раз, когда мы столкнулись с ним в миреЭрта, он слился в одно существо с демоном, которого мы уничтожили. Нодемона, если ты не поглотил его душу, практически невозможно победитьокончательно — через некоторое время он возрождается в Геенне.Шакир и возродился. Потом одно из порождений Бездны, маг-демонолог изнеизвестной мне расы октопоидов призывал демонические духи. Пришёлдух Шакира и обманным путём вселился в этого октопоида. Когда тотстал одержимым Шакиром, его внешность тоже изменилась. Он приобрёлнекоторые демонические черты — рога, козлиные уши, а такжечерты лица Шакира. Шакир овладел силами Бездны и стал её властителем.После этого он надел золотую маску, дабы скрыть своё происхождение. Аосев в Маргардте, он, продемонстрировав совету Бездны своиспособности, вошёл в этот самый совет. -Ого! Вот с кем за это время, что меня не было, пошло на союз моёальтер-эго. Кстати, я не могу понять одного: как долго я был заключёнв своём амулете? Когда последний раз ты говорил со мной, уверенный,что я — это я, твой племянник и союзник? -Четыре дня назад. -Совсем немного.— За это время уже многоеизменилось. Так что для начала тебе надо кое-что увидеть. Пойдём сомной. Апиондвинулся к выходу. Я последовал за ним. Мой дядя силой воли создалдверь в одной из стен цитадели (выходит, она не всегда была бездвери!), открыл её, и мы вышли на улицу. Впрочем,улицы я не видел, как и города. -Посмотри вниз. А потом наверх. И скажи, что об этом думаешь. Внизу,под скалой, увенчанной замком Апиона, распространилась поверхностьморя. На сей раз царил полный штиль, никаких бурь и штормов, но меняне покидало чувство тревоги: -Что-то тут не так, — сказал я, — хотя и поверхность воды гладкая.Небольшая скала спокойно стоит над ней, как и пре... Стоп! -Верно, — ответил громовержец. — Скала раньше была куда выше.Добрая лига моего острова ушла под воду, вместе с десятком тысячжителей прибрежных городков, лишь горная местность уцелела. Мойглавный остров превратился в архипелаг. По счастью, большая частьмоих прихожан живёт в горах и потому не пострадала. -Нда, воскресить умирающих, обратив в эшхарготов уже поздновато, -сказал я, приподняв взгляд, устремившийся к небесам. Почти ихполовину занимала луна, светлая, словно лик надменного бога, скоторым я когда-то делил тело и разум. -Как сам видишь, Луна приблизилась и её притяжение воздействует на нашмир, — продолжил дядя. — Так что ты должен понять, почему я натебя набросился. Во многих священных книгах сказано, что Хейбар жив испит до конца света. И вот он проснулся. И умер. Выводы вполнеоднозначные. -Баланс Порядка и Хаоса снова нехило нарушился, — сказал я. -Сюда, на территорию Абсолюта из океанических глубин, проникаетсущность Бездны. И над ней тяготеет, стараясь подчинить себе, Луна. Япродолжал смотреть на эту картину как завороженный. Словно фонарьпылающий в лодке, плывущей над озером, возвышалась Луна над Бездной.
