– Девочкам спокойно, когда он рядом, – сказал Смит. – Но скажите же, что я могу для вас сделать?
Я достал копию фото Пегги и протянул ему:
– Это Пегги?
– Вроде бы да, – кивнул Смит. – А что?
– Вы давно видели ее в последний раз?
– В день выступления в «Кафе де Пари», – сказал Смит. Шикарное было шоу, ну просто шикарное, черт возьми!
Там было не только шикарное шоу, но и одно странное совпадение, про которое я Смиту говорить не собирался.
– У вас есть ее домашний адрес? – спросил я.
– Нет, – покачал головой Смит, – у нас, понимаете ли, исключительно деловые отношения. Что не касается дохода, о том душа не болит, а?
– Право, не знаю, – сказал я, – я за зарплату работаю.
– Сегодня так, а завтра иначе, – вздохнул Смит. – Вас интересует что-то еще? Дело в том, что не всем повезло работать за зарплату, некоторые вынуждены крутиться.
– А вы ловчите с деньгами, верно ведь?
– Все ловчат – кто-то больше, кто-то меньше.
– Так она давно с вами работает?
– Кто?
– Пегги. Танцевала она у вас в девяностых, к примеру?
– Знаете, – нахмурился Смит, – я не беру на работу несовершеннолетних. Так спокойнее.
– А как насчет восьмидесятых?
– Ага, я понял. Вы решили подшутить надо мной, – сказал он, выдержав паузу. Какую-то уж слишком долгую, на мой взгляд.
– А может, это была ее мама, – предположил я, – и Пегги просто на нее похожа?
– Увы, восьмидесятые я провел за рубежом, как и семидесятые. Впрочем, была одна девочка, она танцевала в театре «Мельница» – ну, в шоу с веерами. Но это было в шестьдесят втором, рановато даже для мамы Пегги.
– Почему вы были вынуждены уехать из страны?
– Нет-нет, меня никто не вынуждал, – затряс он головой, – но здесь в то время была полнейшая задница.
– Однако вы вернулись.
– Да. Соскучился, знаете ли, по заливному из угрей.
Я ему не поверил.
И решил, что больше ничего полезного нынче все равно не добьюсь. Но поставил себе галочку: непременно пробить его по базе, как только доберусь до техкаморки. Проходя мимо Тони Без Шеи, я покровительственно похлопал его по плечу.
– Ты просто ходячее сокровище, приятель.
Он буркнул что-то мне вслед. Ну слава богу, нашли общий язык, подумал я.
Итак, либо Пегги поразительно похожа на собственную бабушку, либо живет тут с 1941 года и питается жизненной силой джазменов. На данный момент единственная моя встреча с ней состоялась в Сохо, и все недавние смерти также произошли именно здесь. Вот отсюда и начнем. Еще надо определить круг ее знакомых и пообщаться с ними. Особенно с Черри (или Шерри), подружкой Микки Костяшки. На этой стадии копы из обычных отделов идут к своему начальнику и просят у него людей для обхода и допроса свидетелей. Но у нас в отделе для этого есть только я. И вот я приступил к делу – принялся прочесывать Комптон-стрит.
Ее не опознали по фото ни в «Соли жизни», ни в «Трактире Эда», ни в других едальнях в восточном конце улицы. Одна билетерша в «ГЕЙ», взглянув на фото, сказала, что лицо вроде знакомое – но и только. Продавщица в минимаркете вспомнила, что Пегги заходила к ней как-то раз за сигаретами. В «Адмирале Дункане»[50] я тоже не узнал ничего, зато получил пару приглашений на ужин. А вот в «Грязном белье» ее вспомнили – и обозвали «фифой, которая частенько захаживает, но всякий раз воротит нос». Я как раз подумал, что надо бы сходить с этим фото и в «Чулочек», как вдруг какая-то сумасшедшая пулей вылетела из кондитерской Валери и заорала на всю улицу мое имя.
Это была Симона. Она бежала по тротуару, лавируя между изумленными прохожими, скользя и чуть не падая на высоких каблуках. На ней были тертые узкие джинсы и темно-красный кардиган, запахнутый неплотно. Под ним не было ничего, если не считать лилового кружевного бюстгальтера – с застежкой спереди, как я сразу заметил. Она кричала и махала мне рукой. На щеке белело пятнышко крема.
Увидев, что я ее заметил, Симона сразу же умолкла и смущенно застегнула кардиган.
– Привет, Питер, – улыбнулась она, когда я подошел. – Вот так встреча!
Она коснулась пальцами своей щеки. Нахмурилась, обнаружив там крем, и попыталась стереть его краешком рукава. Потом обвила руками мою шею, заставляя склониться к ее губам.
– Ты, наверно, думаешь, я совсем безумная, – выдохнула она, прервав поцелуй.
– Безумно прекрасная, – поправил я, слегка выпрямившись.
Снова притянув мою голову к себе, она тихонько спросила, что я делаю сегодня после обеда.
– Ты меня вчера на весь день оставил одну, – шептала она мне прямо в губы, – так что с тебя минимум полдня сексуального насилия.
Я подумал и решил, что обход знакомых Пегги может и подождать, а то мне сейчас светит потратить на него несколько часов. Симона рассмеялась, взяла меня под руку, и мы пошли вверх по улице. Проходя мимо кондитерской Валери, я помахал рукой официанткам.
– Ты платить-то будешь?
– О, не беспокойся, – улыбнулась Симона, – у меня здесь открытый счет.
