Настоящие девушки-кошки, подумал я. Стрип-клуб доктора Моро[67]. Интересно, каково спать с мохнатым жилистым существом вроде тигра? Владелец клуба, кем бы он ни был, явно сколотил огромное состояние. Прежний «маг с ограниченными понятиями об этике» благодаря старшему инспектору Джонсону мог не опасаться, что о его деятельности узнают. Но его преемник и вероятный ученик, тот самый Безликий, – он-то каким образом рассчитывает сохранить свое заведение в тайне?
На следующее утро Найтингейл взял меня с собой, на экскурсию в стрип-клуб доктора Моро. Лестничная площадка и гардероб превратились в довольно сносную раздевалку, где криминалисты надевали и снимали свои защитные костюмы. Доктор Валид уже ждал нас и попросил внимательно смотреть под ноги. По ступенькам тянулись бесконечные удлинители, аккуратно прикрепленные к стенам при помощи скотча.
– Из соображений безопасности мы решили не пользоваться электропроводкой самого здания, – пояснил доктор.
Он провел меня вниз, в фойе. Там я обнаружил, что Шкаф Ларри исчез, как и ноги, которые молотили по ковру.
– Я был вынужден попросить у госпиталя дополнительную площадь, – сказал доктор, – поскольку впервые имею дело с таким количеством материала.
Бархатные портьеры больше не закрывали вход в зал, и мы шагнули в проем. Я увидел само помещение клуба, место сцены и танцпола там занимали привинченные к полу клетки. На вид они были совсем новые и очень напоминали те, в которых биологи держат подопытных животных.
– Да, они точно такие же, – кивнул доктор Валид, когда я указал на это. – Клетки для содержания животных, фирма «Боллинтек». В лаборатории нашего госпиталя тоже такие есть. Эти установлены меньше года назад.
– Люди Стефанопулис как раз проверяют их серийные номера, – сказал Найтингейл.
Все клетки были пусты, однако я ощущал резкую вонь звериного дерьма. Все поверхности, которых мог касаться хозяин зверей, покрывал дактилоскопический порошок.
– Сколько их было? – спросил я.
– Всего пять, – ответил доктор. – Анализы еще не готовы, но, по-видимому, все они химеры.
Определение этого термина я искал и нашел накануне вечером, когда переводил Бартоломью. Химерой называется существо, у которого часть клеток имеет один набор ДНК, а часть – другой. У млекопитающих этот феномен можно найти крайне редко: такое бывает, когда две яйцеклетки оплодотворяются разными сперматозоидами и затем сливаются до того, как образуется зародыш. Бартоломью, конечно, не мог ничего знать о тетрагаметической химероидности: когда он писал, не только основатели генетики Крик и Уотсон[68], но даже и их отцы еще не появились на свет. Он описывал химер как ущербные плоды противоестественных слияний, созданные при помощи самой черной, самой гнусной магии. И у меня возникло ужасное предчувствие, что в нашем случае эти два определения могут совпасть.
– Среди них были живые?
Доктор Валид неуверенно глянул на Найтингейла.
– Да, одна была живая, – кивнул тот, – но умерла, как только мы ее забрали.
– Она что-нибудь сказала?
– Нет, она была без сознания.
Мы пришли к выводу, что, поскольку клетки совсем новые, установил их скорее Новый Маг, нежели Старый.
– Мы ведь полагаем, что Старый Маг – это Джеффри Уиткрофт, верно? – уточнил я.
– Нет никаких доказательств, что его что-то связывает с этим местом, – сказал Найтингейл. – Кроме того, мне представляется маловероятным, что он вел двойную жизнь: делал научную карьеру и одновременно управлял ночным клубом.
– Но был наставником Нового Мага? Безликого? – уточнил я.
– О, это несомненно, – кивнул Найтингейл. – Я совершенно уверен.
– Хорошее определение «Безликий», – заметил доктор Валид. – Сами придумали?
– Возможно, у него был сообщник, – предположил я. – Например, адепт магии, который контролировал дела в Лондоне. Как вы считаете, это возможно?
– Вполне, – кивнул Найтингейл. – Хорошая мысль, Питер.
– Или даже несколько сообщников. Возможно, целая – как назвать банду магов? Шайка? Или может быть, ковен?
– Совет, – сказал доктор Валид. – Преступный магический совет.
Мы оба посмотрели на него.
– Вам обоим следует побольше читать, – пожал он плечами.
И это говорит эксперт-консультант «Европейского журнала по гастроэнтерологии и гепатологии».
– Клика, – нашелся Найтингейл. – Это называется «магическая клика».
– И она действует у нас под носом начиная с шестидесятых, – добавил доктор.
– Не сыпьте соль на рану, – вздохнул Найтингейл.
– Тогда я пройдусь по списку из Оксфорда и проверю их возможные связи с известными бандами Сохо, – решил я.
– Сначала я должен показать вам кое-что еще, – сказал Найтингейл.
