А ведь сначала все шло довольно неплохо, — пока тиргон не изменил курс, и на меня не набросился резкий встречный ветер. И теперь меня понастоящему волновал один-единственный вопрос: когда же мы наконец приземлимся?!
Скину приходилось легче: он прятался от ветра за моей спиной, к тому же мог держаться за два больших изогнутых «клыка» у основания крыльев, но я имел в качестве опоры только костяные пластинки с острыми краями, которые двигались, как планки веера, при каждом взмахе крыльев священного зверя Интара… Не очень-то надежная поддержка, когда воздушные струи выжимают слезы из глаз и пытаются сбросить тебя со спины летающего чудовища!
Черт бы побрал все на свете, никогда не поверю, что Высшие из Дома Ямадара во время полетов терпят такие же неудобства!
— Джейми-и! — завопил я. — Сколько еще осталось?!
— у… я… а…
— Что?!
Я резко обернулся, едва не слетел со спины «дракона» и облился холодным потом:
— Я спрашиваю, далеко еще до Лаэте?
Ветер относил крик в сторону, я почти не слышал самого себя, а ответный неразборчивый крик Скрэка донесся, как сквозь завывания бури.
Я крепче вцепился в костяные пластины и посмотрел вниз. Еще часа три назад я делал это с большим энтузиазмом, но теперь больше не в состоянии был любоваться пейзажем. Да, мне тысячи раз приходилось летать на высоте, в сравнении с которой нынешняя показалась бы детской горкой рядом с Монбланом, но никогда — верхом на драконе!
А внутри любимца ямадара Сарго-та был как будто вмонтирован вечный двигатель. Час за часом серые крылья мерно двигались вверх — вниз, однако тиргон явно не испытывал ни малейшей усталости… Чего никак нельзя было сказать обо мне.
Скрэк много раз издавал пронзительные вопли, пробуя направить зверюгу вниз, но с тем же успехом он мог бы пытаться посадить «Боинг-777» при помощи детской считалочки. Тиргон ямадара Лаэте продолжал двигаться навстречу ветру на высоте полумили, игнорируя команды на языке унитов и крепкую английскую брань.
Закрыв глаза, я постарался настроиться на философский лад. Всему рано или поздно приходит конец, значит, когда-нибудь придет конец и этому сумасшедшему полету…
Нет, я мечтал вовсе не о таком конце!
Без всякого предупреждения тиргон внезапно заложил крутой вираж, какое-то время я судорожно цеплялся за острые пластины, чувствуя, что неотвратимо соскальзываю в пустоту… Может быть, мне и удалось бы удержаться, если бы еще один порыв ветра не налетел сбоку.
Этот порыв смел меня в пропасть, еще несколько кошмарных секунд я с криком цеплялся за небольшой рог на коже тиргона… А потом он вырвался из моих вспотевших пальцев, однако за мгновенье до этого перегнувшийся со спины тиргона унит успел схватить меня за запястье.
И вот я повис над бездной, а Скрэк, держась одной рукой за «бивень» справа от себя, второй продолжал удерживать меня — секунду, вторую, третью…
На четвертой я глянул вниз, и все поплыло у меня перед глазами, в ушах загремел похоронный звон. Далекие поля, ленточки дорог, кустики рощ… Даже при малом притяжении Луны я превращусь в красное пятно на пейзаже, стоит только Скрэку разжать пальцы!
— Джейми, ради бога, не отпускай меня!
Унит не отпускал, хотя вес моего тела все больше стягивал его набок.
Я попытался вцепиться свободной рукой в костяной выступ размером со свою ладонь, но это было так же безнадежно, как пытаться схватиться за выбоину на стекле.
— Он снижается!.. — прохрипел Скрэк. — Дер… жись!..
Почему-то на этот раз я хорошо его расслышал, несмотря на завывание ветра и грохочущие толчки своего обезумевшего сердца.
Отчаявшись найти опору, я поднял глаза: лицо унита побагровело от напряжения, на лбу вздулись жилы, из прокушенной нижней губы текла кровь, но он продолжал удерживать меня еще секунду… и еще две… и еще…
«Бивень» вырвался из руки Скрэка, тан — скин повис над пропастью под совершенно невероятным углом, но каким-то чудом сумел зацепиться за другой «бивень» сгибом правой руки, не выпустив при этом мое запястье из пальцев левой… Никогда бы не подумал, что щуплый лаэтянин способен на такие каскадерские трюки!
Я сглотнул, прочищая пересохшее горло, и собрал последние остатки мужества.
— Джейми! — хрипло гаркнул я. — Отпусти!
— Н-нет…
«Может, дракон уже снизился настолько, что я сумею выжить; от души надеюсь, что смогу! Но унит точно не соберет костей, если…»
— Отпусти!
— Н-нет…
Еще какое-то время мы продолжали безнадежную борьбу, я — пытаясь за что-нибудь ухватить ся, он — пытаясь меня удержать.
— Джей…
Тан-скин сорвался со спины тиргона и только в полете выпустил наконец мое запястье.
Я приготовился к томительно долгому падению, но не успел как следует распрощаться с жизнью, как ощутил страшный удар… Вслед за чем меня накрыла темнота.
Надо мной качалась трава, еще выше по розовому небу мчались темно-багровые облака, и первое, о чем я подумал, выплыв из расступившегося мрака — это о том, что скоро будет гроза. Вскоре облака превратятся в фиолетово-красные тучи, порывы теплого ветра станут ураганными шквалами, несущими ливень, и тогда…