"…Ну, я поняла, о чём думает сенпай. Гоблинам и оркам нужна богатая и красивая страна, такая, как Мир Людей. В Подмирье таких мест не осталось, мы можем их найти только по другую сторону "стены конца мироздания". Поэтому мы должны преодолеть её с помощью искусственного дракона. Вот так."
"Точно…. Но даже после того, как пересечём стену, придётся нелегко…"
Кивнул Кирито, подтверждая.
"…Но, разве есть что-то по другую сторону стены? И если стена не бесконечна, где она заканчивается…….?"
"Я тоже об этом думал… Но если в этом мире у стены есть предел, то это вроде как и не совсем стена. Скорее, что-то вроде недоступного адреса…… ничто."
"Ничто…… вроде пустоты, которую нельзя ни увидеть, ни использовать?"
"Верно. Вот только эта стена — это настоящий утёс. Обалденно высокий и ужасно твёрдый. И причина его существования, вероятно, в том, чтобы оградить жителей Подмирья от созерцания неудобной правды…. истинной "стены мироздания". И если это так, то есть вероятность, что там, высоко, она перестаёт быть "бесконечной". Всё зависит от того, сколько объёма и неиспользуемой ёмкости есть у Главного Визуализатора……."
Понимая, что его опять уносит в недоступные её разумению дали, Ронье подняла брови, и Кирито помотал головой.
"Виноват, прости, Ронье, это я не то чтобы тебе говорил, просто мысли вслух. Уф, короче…. короче говоря, никакого "конца" в этом мире нет."
"Конца нет……?"
Подобный концепт Ронье тоже был незнаком.
Для Ронье, рождённой и выросшей в Северной Центории, огромная стена, разделяющая город на сектора — "бессмертная стена" — была лишь началом. Когда-то она узнала об обширной империи Норлангарт, простирающейся за ней, и о том что вместе с другими тремя империями она формирует круглый Мир Людей.
Пойдя в школу в возрасте восьми лет, она узнала о Горной Гряде без начала и конца, окружавшей Мир Людей, и об ужасной территории, лежащей за её пределами.
Однако, даже учителя не особо вдавались в рассуждения про Тёмную Территорию — если так подумать, они вообще вряд ли об этом говорили, — или о том, что её окружает бесконечный утёс “стена конца мироздания”, — о чём она узнала лишь вступив в Армию Защиты Мира Людей вместе с Тейзой по прибытии в лагерь у Великих Восточных Врат.
Другими словами, постоянная "стена" всегда существовала в мире, известном Ронье. И даже если кому-то удавалось преодолеть её, следом обязательно появлялась ещё одна. Действуя так, полагала она, однажды просто доберёшься до совершенной стены, преодолеть которую будет невозможно.
"……. Это, что же…… Вы имеете в виду, по другую сторону конечной стены, снова есть Мир Людей и Тёмная Территория?……Луга, леса и пустоши простираются вокруг?"
Когда она спросила это неуверенным тоном, Кирито простонал “уф…”.
"Как же объяснить-то…? ── А, точно, пошли."
Поднявшись, он протянул руку. Смутившись, она схватилась за неё, и Кирито подтянул Ронье наверх и повёл её к узкому окну, открывающемуся на внешнюю периферию Заоблачного Сада.
"Вот, взгляни сюда."
В точке, куда указывала его правая рука, висел в тёмно-синем восточном небе белый полукруг — Лунария[15]. И Ронье, и Цукигаки, как им и было сказано, посмотрели вверх на большую звезду, ставшую источником имени для молодого дракона.
И тогда Кирито сказал нечто очевидное.
"Она круглая, не так ли?"
"…… Да, круглая."
Она кивнула, раздумывая над тем, что же ещё можно тут добавить.
"То что Лунария не плоский диск, а круглая сфера, поэтому только та часть, куда падает свет Солуса выглядит ярче, и за счёт этого она прибывает и убывает… этому же учат в школах Центории, верно?"
Кирито выглядел вполне уверенно, хоть и хитро улыбался.
"Конечно, конечно, ещё в начальной школе…сей златой шар есть трон великой Богини Лунарии… плывущий в божественных взвесях за гранью небесной…"
"Ох, а, эмм…… в общем, я полагаю, что этот мир, включающий Мир Людей и Тёмную Территорию, тоже должен быть такой сферической формы."
"Эмм…… что!? Шар!?"
Она не смогла удержаться от вскрика. Внезапно, она неожиданно почувствовала испуг и переступила с ноги на ногу. Рядом с ней Цукигаки фыркнул “фу-ру-ру” словно смеясь на глупым Кирито.
Кирито затем потратил пять минут, чтобы рассказать ей о глобальной сферической структуре — планете, как он её назвал. Конечно, принять такое было нелегко, но было кое-что, способное помочь с этим.
С "Наблюдательного поста Утренней Звезды" на 95-м этаже Центрального Собора открывался обзор на всё небо вокруг. Если стоя на этом этаже, посмотреть на землю, то было заметно что линия горизонта далеко вдали немного изгибалась вверх дугой.
Неожиданно с её губ сорвались слова идеи, которая раньше бы и в голову её не пришла.
"Если и этот мир, и Лунария — сферы…… то на Лунарии, там что же, и луга, и леса, и улицы, и люди живут?"
"Ух……"
