На лекции, за любимой последней партой, уже ждали Скора и Карл. Они увлеченно разговаривали, глядя друг другу в глаза. Я с замиранием сердца ощутила волну тепла и нежности. Надеюсь, братик найдет свое счастье в этой девушке. А еще больше надеюсь, что его чувства взаимны.
— Привет, друзья, — я поздоровалась намеренно громко, чтобы немного отвлечь их.
Потому что лекция вот-вот начнется.
— Ками, я как раз Карлу рассказывала, как ты сегодня с леди Стоун сражалась. Это было впечатляюще. Я такого еще не видела. Вихревые потоки в сторону адепта первого курса… Но ты хороша! — Скора вся светилась от радости за меня, и это было приятно.
— Кам, это же тварь эта да? Стоун, которая на Стешского работает? — Карл восторгов подруги не разделял, и сидел, сжимая кулаки.
Я погладила его по руке и молча кивнула.
— Так и знал, что дело на том собрании не закончится. Я же иногда слежку чувствую, и так грамотно ее ведут, что обнаружить нереально. Знаю, что следят, стараюсь не делать ничего такого. Но тебя-то и так сюда упекли под постоянный контроль, так еще и Стоун отправили, — он едва успевал переводить дух, так быстро говорил. — Если она что-то тебе сделает, я ее порву, сестра. Пусть меня потом хоть в тюрьму, хоть жизни лишают, но больше она никого не замучает.
— Я справилась, Карл, успокойся. Здесь Академия, поэтому ничего серьезного, даже если и будет пытаться, она мне не сделает.
— Но Скора рассказала, как тебя вихрем на огромную высоту подняло. Они все очень испугались.
— Я тоже, братик. Но удалось позвать ветер, — не хотела при Скоре говорить какими методами получилось выкрутится.
— У тебя получилось? — Карл прямо-таки засиял. — Я знал, что ты у меня умничка! — от порывисто расставленных объятий спас только магистр Каро, и его более чем негодующий взгляд. Как будто я права на разговоры не имею вне лекции. Преподаватель меня невзлюбил и в ответ получал полную взаимность.
После лекции направилась к Тоскану, оставив брата и Скору обсуждать эльфийскую делегацию и вечерний поход в таверну. Карл тоже собирался с нами, не желая оставлять дорогих ему девушек без присмотра. К нему наши однокурсники уже привыкли, и воспринимали как своего.
Около кабинета декана я немного замешкалась, но все-таки постучала. Если не разрешит, так тому и быть, посижу в библиотеке. Но внутрь приглашать меня никто и не собирался, хотя я отчетливо слышала негромкие голоса.
Ну раз полог тишины не применяется, значит разговор не так и важен. С этой мыслью я нагло распахнула дверь. Потому что ждать сил моих не было.
В кабинете с важным видом восседал Тоскан, а напротив, с не менее важным — Литманиэль. Но едва увидев меня, оба подобрались, словно гончие, почуявшие след.
— Деронвиль, что за манеры! — это Тоскан.
— Камелия, радость очей моих! — это Литманиэль.
— Вы уж определитесь, радость я или безманерщина, — а это, собственно я.
Манерами я обделена не была. Но сейчас, если дам слабину, никаких мне посиделок с друзьями не достанется. Надо брать нахрапом.
— Профессор Тоскан, у нас группа собирается отмечать сдачу сегодняшнего зачета. Разрешите пожалуйста пойти вместе с ними.
Я выпалила это быстро, но глядя ему в глаза. Чтобы можно было отследить реакцию. Декан держался строго и невозмутимо. Но я уже видела ответ во всем его недружелюбии.
— Ты же понимаешь, что нельзя, — а потом немного запальчиво — Только не реви, Деронвиль.
Но я уже отвернулась, чтобы скрыть обиду. Конечно, понимаю. Конечно, не буду реветь. Давно уже разучилась, и заново науку осваивать не собираюсь. Но вот Литманиэль — не Тоскан, который читал меня словно открытую книгу. Он воспринял ситуацию острее, чем непосредственные ее участники. И не успела я опомнится, как уже оказалась в бережных объятиях невероятного мужчины. Он пах точно также, как я запомнила с нашей первой встречи. Чем-то тонким цветочным, но с заметной горчинкой.
Очень хотелось обнять его в ответ, но я себя сдержала. Ни к чему это. Он мне даже, что приезжает не сообщил. Прав Тоскан, ой как прав. Все себе на уме, доверять можно только самым близким.
Решительно отстранившись, я кивнула Литманиэлю и профессору.
— Разрешите идти? Пойду отсыпаться, раз в таверну попасть не судьба.
— Можно мне проводить?
Богиня! Какой он в этот момент был трогательный и открытый. Вот прямо душа к нему потянулась. Поэтому также умоляюще, как сейчас это сделал эльф, я уставилась на Тоскана.
— Только до общежития. Дальше Вас не пропустят, — буркнул недовольный профессор.
А дальше и не нужно, едва не сказала я, но вовремя прикусила болтливый язык.
Оказавшись на улице, Литманиэль заговорил.
— Я понимаю, что Вы обижены. Но я не мог сообщить о приезде. Это была информация, которую мне запретили разглашать. И даже, если я хотел, не смог бы.
— Не оправдывайтесь. Оно того не стоит. Мы с Вами и знакомы-то постольку поскольку.
С чего Вам вообще мне что-то объяснять?
