- Тора, принеси нам эля, - попросила ее Риви и, кивнув, девушка выскользнула в коридор.
- Тебе кажется странным, что герцог принял приглашение на свадьбу? – спросила я, посчитав уместным этот вопрос, ведь сестра тоже была удивлена его появлением.
- Хоть они с графом и кузены, но мне казалось, что он такой высокомерный и гордый, что вряд ли почтит своим присутствием наше торжество! – ответила Риви и, забравшись на кровать, упала на подушки, расставив руки. – Рианнон, ну почему мы не можем сами выбирать себе мужей? Это было бы чудесно, правда?
- Думаю, да, - я присела рядом с ней. – Выйти замуж по любви, куда лучше, чем без нее.
- Я надеюсь, что ты найдешь свою любовь, - Риви резко села и обняла меня. – Своего принца Фаргонда. Тебе нужно загадать желание!
Она спрыгнула с кровати и, схватив с туалетного столика вазу, в которой стоял букет неизвестных синих цветов, сунула мне в руки.
- И? – я почувствовала невероятно нежный, приятный аромат, исходящий от букета. Аромат леса, мхов, травы, прогретой сосновой рощи и меда.
- Попроси фею, чтобы она послала тебе любовь! – Риви нахмурила брови. – Давай, она точно услышит тебя! Я уверена, что мне удалось поймать ее!
- Ну, хорошо, хорошо! – я мягко улыбнулась ей. Если этой милой девочке так хочется верить в чудо, я не стану ее обижать отказом. – Дорогая фея, пошли мне большую любовь, да побыстрее!
- Вот посмотришь, твое желание сбудется так скоро, что опомниться не успеешь! – радостно заявила Риви и понесла букет обратно, а я подумала, что опомниться я еще скоро не смогу.
Служанка вернулась, неся глиняный кувшин с прохладным элем и две большие кружки. Поставив все это на столик, она сказала:
- Ваша матушка сказала, чтобы вы готовились выйти к гостям. Сейчас принесут горячую воду, а я пойду, позову Ларину.
Девушка ушла, а Риви налила в кружки темную, с медным отливом жидкость.
- Давай выпьем за то, чтобы этот день побыстрее закончился.
Я осторожно отпила неизвестный напиток и была приятно удивлена необычным вкусом.
Он был растительно-фруктовым и в меру пряным. Вначале я почувствовала едва уловимую горечь, но она быстро сменилась сливочной сладостью, и это напомнило ощущения, после того, как съешь ириску. Градус в эле тоже был довольно ощутим, потому что, выпив полкружки, я заметно повеселела.
Вскоре слуги принесли здоровенную бадью и, установив перед камином, вывернули в нее не менее пятнадцати ведер с горячей водой. Интересно, где ее в таких количествах грели?
Пришла Ларина и быстро приготовила чистые сорочки, панталоны и чулки.
- Девочки, не стойте, вода стынет, - мягко сказала она, обращаясь к нам. – Давайте, мои хорошие.
Похоже, сестры всегда мылись вдвоем, так расход воды был меньше. Я чувствовала себя не очень комфортно, но разве у меня был выбор? Не стану же я именно сейчас выказывать недовольство или неуместную стеснительность? Это выглядело бы нелепо и странно.
Раздевшись, заколов повыше волосы, мы забрались в бадью, и отдались ласковым рукам Ларины. Она намыливала жесткую тряпицу и до красноты натирала нас каким-то не очень приятно пахнущим мылом. Потом поливала из большого ковша чистой водой и, завернув в простыни, усаживала у горящего камина.
Мы выпили еще немного эля, и Ларина принялась нас одевать. Мне было смешно видеть себя в белоснежных панталонах до колен, и я даже закусила губу, чтобы не рассмеяться. За тонкой сорочкой последовало платье из мягкой шерсти лавандового цвета с изящной вышивкой на рукавах, а на талии Ларина застегнула тонкий поясок из серебряных колец.
По просьбе матери Риви надела платье из розового дамаста и каждой из нас служанка заплела волосы и уложила их под золотую сетку. Ларина пощипала нам щеки и грустно вздохнув, сказала:
- Идите, мои голубки, а я буду молиться богам, чтобы вы нашли свое счастье.
Мы вышли в коридор и Риви зашептала:
- Я очень волнуюсь, Рианнон! У меня сердце выскакивает из груди!
- Я тоже волнуюсь, - шепнула я в ответ. – Но мы должны быть спокойными.
- Да, да… Нам нужно продержаться несколько дней, - сестра вцепилась мне в руку холодными пальчиками, и я подумала, что если не удастся сбежать отсюда, то мне придется выйти замуж за старого барона вместо Риви.
Когда мы оказались в конце коридора, стало слышно музыку, похожую на нечто из средневековья. Стоило нам ступить на лестницу, как я увидела и источник этой своеобразной мелодии. Чуть поодаль от столов, под щитом и скрещенными боевыми топорами, сидел «оркестр» из трех менестрелей: один музыкант играл на виоле, второй - на флейте, похожей на современный кларнет, а третий печально ударял в квадратный тамбурин, сделанный из кожи, натянутой на раму.
- Граф смотрит на нас! – выдохнула Риви и ее ноготки вонзились мне в ладонь. – Как же он хорош!
У меня все это мероприятие восторгов не вызывало, и мне было плевать, насколько хорош граф. Хотелось забиться в темный угол, а еще больше хотелось вернуться в свою съемную квартирку и пить чай из пакетиков.
Мы спустились вниз и, завидев нас, отец махнул рукой.
- Подойдите сюда.
