Лунное искушение полностью

— Ты должна понять, что прошлое — это прошлое. К нему возврата нет, — сказала подруга. — Прими его и отпусти.

Никки понимала это.

Но знала она и то, что легче сказать, чем сделать.

— Серьезно, Никки. Сколько лет мы знакомы? Ты хорошая женщина, и пришла пора найти какого-нибудь хорошего парня.

Никки открыла рот.

Рози еще не закончила.

— Ты никому не позволяешь приблизиться к себе. А бедный Кельвин? Он был хорошим парнем, Никки. Ты запретила себе любить его.

Она взглянула на подругу, и в горле у нее встал ком. Рози атаковала так, будто это был день высадки союзников в Нормандии.

— Ты не сможешь жить дальше, веселиться, найти кого-то, пока не отпустишь все это дерьмо. — В эту минуту голос подруги звучал на удивление серьезно. — Тебе было восемнадцать, первая любовь ослепила тебя, и ты сделала неправильный выбор. Но при этом никого не убила, не пыталась обмануть. Просто так получилось. Все закончилось. Прекрати наказывать себя.

Никки слабо улыбнулась.

— Я сейчас заплачу.

— Не вздумай. Потечет тушь, и у тебя не останется шансов на разврат сегодня.

Никки громко расхохоталась.

— Я не собираюсь развратничать сегодня.

Парень, проходивший мимо их столика, бросил заинтересованный взгляд. Остановился.

— Тебе она не по карману, — бросила ему Рози, — двигай дальше.

— О боже. — Никки проглотила смешок. — Спасибо. Думаю, мне нужно было это все услышать.

— Это правда. — Склонившись, Рози поцеловала ее в щеки. — Ты слишком молода, чтобы жить как женщина моего возраста, потому что даже мне не нравится такая жизнь. А теперь давай закажем еще выпить.

К счастью, этим бокалом они и ограничились, лишив себя шанса оказаться во Французском квартале, лавируя между дурно пахнущих луж.

Тем не менее ночь выдалась хорошей. Никки по-настоящему поняла это, когда прощалась с Рози, которая отправилась к своему приятелю, а не домой. Она уже достаточно долго наказывала себя за молодость, глупость и влюбленность. Больше это не повторится. Начиная с сегодняшнего дня, она отпускает прошлое. И станет надеяться, что ее новая жизненная позиция держится не на одном лишь пьяном кураже. Девушка вызвала такси, но, выйдя из бара, не увидела зеленого «приуса», который должен был подобрать ее. Проверив приложение, она вздохнула, увидев, что машина все еще стоит по ту сторону канала, застряв в пробке.

Чтобы добраться до пригорода, водителю понадобится минут пятнадцать или даже больше. Вздохнув, она обняла себя за плечи и осмотрела скамейки вдоль здания. Большая их часть была занята курящими и болтающими людьми.

Ну хоть погода стояла хорошая, ни дождя, ни изнуряющей жары. Она встала у обочины и посмотрела вдаль по Фререт-стрит, заметив огромную толпу там, где когда-то был театр комедии. Что они там делали? Может быть, уличный артист, а может, наркоман с передозом. В Новом Орлеане никогда нельзя знать наверняка. Заправляя волосы за уши, она отвернулась и запрокинула голову. Звезды уже мерцали, сражаясь с сияющими огнями города. В Таскалусе ей не хватало улиц и звуков Нового Орлеана.

Никки хотела заглянуть в телефон, но замерла, когда странный холодок пробежал по спине. Развернувшись, она почти ожидала увидеть, как кто-нибудь подходит к ней, но там никого не было. Никто не обращал на нее внимания, но девушка не могла отделаться от ощущения, будто чей-то взгляд прожигает дыру в ее затылке. Это длилось до тех пор, пока не показался зеленый «приус». И чувство полностью пропало, лишь когда она вернулась домой и легла спать.

Казалось, Никки проспала всего пару часов, когда услышала стук в дверь и отца, зовущего ее по имени.

Сбросив с головы покрывало, она села, щурясь от яркого утреннего солнца.

— Да, — прохрипела она, а затем застонала. Голос звучал ужасно. — Что, пап?

— Ты проснулась? — спросил он.

Уже да. Вставая с постели, Никки откинула назад спутавшиеся волосы.

— Можешь войти.

Дверь распахнулась, и отец просунул внутрь голову.

— У тебя гости.

— Что? — Она поморщилась, потом глянула на часы на запястье. Девять утра. Никто из ее знакомых не заявился бы к ней в девять утра в воскресенье.

Лицо отца оставалось странно бесстрастным.

— Это очень необычный посетитель… — Он оглянулся. — Спустись вниз.

Она проследила, как он закрыл дверь.

— Что за черт?

Пустая комната не ответила, так что через минуту сонного недоумения Никки сбросила простыни и поставила ноги на пол. Она направилась в ванную, но передумала. Кто бы ни пришел, не стоит ради него причесываться и умываться. На ней были свободные фланелевые штаны и майка на бретельках с бра, поэтому она лишь накинула легкий кардиган.

Подавив зевок, девушка пошла по узкому коридору и спустилась вниз. Она прошаркала до кухни, с облегчением почувствовав запах кофе. В ее планы входило выпить галлон кофе и пачку аспирина.

Проводя рукой по стареньким обоям уютной столовой, она повернула направо и вошла в кухню. А потом резко остановилась.

Она что, все еще пьяна после прошлой ночи? Или напилась сильнее, чем думала? Скорее всего, так оно и было.

Это был единственный возможный вариант, иначе Гейб де Винсент не мог сидеть в кухне ее родителей с бокалом смузи.