- А где ваши родители? - поинтересовалась я, хотя моя интуиция противилась этому вопросу.
Элизабет потупила взгляд.
- Они умерли... давно...
- Прости Элиз, я не знала...
- Нет, ничего все нормально, люди должны умирать. Сейчас я наоборот счастлива!
Я вопросительно взглянула на девушку.
- Понимаешь... - начала она, - ты первая кому я про себя что-то рассказываю.
- Почему? - спросила я, так и не дождавшись ответа.
- Теперь твоя очередь рассказывать.
Я задумалась.
- Что тебя интересует?
Неловкая пауза.
- Ты читаешь мысли?
- Что? - вздрогнув, переспросила я.
- Поверь, мне ты можешь доверять.
- Твои нет.
Элизабет хмыкнула.
- Читающий не может услышать подобного, - ответила она.
- Ты тоже? Как давно? Почему? - вопросы сыпались как бусины на пол.
- Да. Очень давно. И я могу помочь тебе, если ты в свою очередь расскажешь мне все подробности случившегося.
Вечерело, а мы все сидели в машине и общались.
Казалось, что мы можем разговаривать вечно, но мой желудок жалобно забурлил, прерывая беседу.
- Тебе пора, - весело произнесла Элиз.
- Да, - кивнула я, открывая дверцу машины.
- Спасибо тебе, - внезапно сказала Элизабет.
- За что? - удивилась я.
- За то, что не боишься меня, - произнесла она серьезным голосом.
Я улыбнулась, не зная, что сказать на это.
- Тебе спасибо. Пока Элизабет.
- Еще увидимся, - пообещала она.
Я закрыла дверь и побрела к дому, звук автомобильных шин заставил меня вздрогнуть. Интересно, как долго я буду бояться этого звучания?
Открыв дверь своим ключом, я вошла в дом. Бабушка лежала на диване, свернувшись калачиком. Я тихонько подошла и накрыла ее пледом. Вздохнувши, я уселась на софу. Мой взгляд привлекла к себе книжка в неприметной обложке.
- Стефании Майер - "Сумерки", - прочитала я, и открыла книгу в том месте, где лежала закладка.
"...Я смотрела на них, потому что никогда в жизни не видела ничего прекраснее, чем их лица, разные и одновременно похожие. В школе заштатного городка таких не увидишь - только на обложках журналов и полотнах голландских мастеров. Трудно сказать, кто был самым красивым: статная блондинка или парень с бронзовыми волосами.
Они смотрели куда-то вдаль и не видели ни друг друга, ни остальных студентов. Вот похожая на эльфа девушка встала и, захватив поднос с нетронутым десертом и целым стаканом колы, направилась к выходу изящной походкой манекенщицы..." - прочитала я.
Этот отрывок мне напоминал опыт из своей жизни. Хмыкнув, я положил книгу на прежнее место, напоминая себе попросить у Мирабеллы почитать ее.
Еле передвигая ноги, я поднялась наверх. Добравшись до комнаты, обнаружила, что мои силы иссякли. Не имея возможности переодеться, я легла на кровать в школьной одежде, и быстро заснула... былой сон мне больше не снился.
ПЬЕССА
Всякий человек есть история, не похожая ни на какую другую.
КАРРЕЛЬ Каррель
Как приятно проснуться утром в своей постели, когда солнце озаряет комнату! Как хорошо, что есть такой приятный момент в жизни, как выходной!
Я встала с кровати и посмотрела в окно. Солнце светило очень ярко, озаряя зелень на улице. Сонно зевнув, я потянулась, а моя пижама затрещала... ПИЖАМА!?
Я точно помнила, что легла спать, в одежде не переодеваясь. Вариант того, что бабушка сменила мой гардероб, пока я спала, не подходит. Значит, я встала посреди ночи и переоделась. Почему же я не помню этого?
Отбросив ненужные мысли, я пошла в душ. Теплая вода окончательно разбудила меня. Мама всегда начинала утро с холодной воды и пыталась научить меня этому. У меня не было симптомов камикадзе, и горячий душ вполне устраивал меня и мою восприимчивую кожу.
Вот и еще один плюс Шорлайна, я делаю все, что хочу и когда захочу. Мирабелла не очень-то контролировала меня и позволяла почти все. Выйдя из душа, я наспех высушила волосы и, надев первую попавшуюся одежду, спустилась вниз.
Опекунша сидела за столом, и пила чай, меня она не заметила. Я тихо подошла и обняла ее сзади. Мирабелла улыбнулась и погладила мою руку. Ее пальцы оказались на удивление холодными.
