Остаток ночи и первые лекции прошли как в тумане. Я совершенно машинально что-то отвечала, что-то писала, но мозг опустел, словно кто-то выгреб все, оставив только обрывки, не способные сложиться в полноценную мысль. Память, правда, услужливо подбрасывала правильные ответы на какие-то вопросы Декана, но я не запоминала, что говорю.
К третьей паре на большой перемене Алек решительно взял меня за плечи, развернул к себе и встряхнул.
— Что случилось?
— На работе не все в порядке, — коротко ответила я, не горя желанием объясняться.
— Тарлах! — он закатил глаза и встряхнул еще раз. — Не увиливай. Что не в порядке? Мне из тебя слова силком вытягивать?
Я вздрогнула, вспоминая Шона с перерезанным горлом. Силком. Насильно. Заклинание, заставившее мертвого что-то произнести — фразу. Что это была за фраза?..
— Элиш!
— Что?! — я вскинула голову, зло уставившись на Алека. — Ну что? Что случилось? Что ты пристал ко мне?
— Это у тебя что-то случилось, — фыркнул он, обеспокоенно разглядывая меня. — Не откат, да и Декан ничего не сказал. Расскажи, станет легче.
— Легче? — я стиснула руки под партой, чтобы не ударить Алека, он не при чем. Просто знал бы, только бы знал, о чем просит. — Легче? А ты поймешь, Алек? Ты поймешь, каково это, когда потрошат людей, с которыми работаешь? Поймешь, каково видеть мертвого старика — безобидного, даже не мага. Поймешь это? Мальчик, который был похож на моего брата, был так похож на него, мертв. Он превратился в зомби. Понимаешь? С перерезанным горлом, весь в крови, мертвый настолько, что нельзя поверить. Ты это можешь представить и понять?
Я замолчала, понимая, что охрипла, и плотно сжала губы. Где-то между горлом и сердцем встала комом истерика, превращая дыхание в рваные хрипы, но глаза оставались сухие. Я бы хотела расплакаться сейчас, сожалея об утрате, но ненависть вспыхнула с новой силой. Виноваты мне подобные? Так пусть они тоже умрут! Пусть! Что я там думала прежде? Что хватит смертей? Что ж, ошиблась, с кем не бывает.
— Элиш… — Алек протянул руку, но я отпрянула, замотала головой.
— Знаешь, — я почти выдохнула это слово, закашлялась из-за комка и сжала горло, не позволяя истерике вырваться наружу, — знаешь, что паршиво, Алек? Что сейчас, когда так страшно, когда… все самое плохое случилось, его нет. Кэла нет! Нашего шефа, который мог бы что-то сделать и сказать!
Алек промолчал, только кивнул. Если бы он произнес хоть слово, я бы… не знаю, я бы, наверное, ударила его, толкнула, причинила бы боль, но он только кивнул, и этого было достаточно.
— Хочу… — я задохнулась, засипела, не отнимая руки от шеи, — хочу, чтобы он сейчас был здесь, в Гестоле. Чтобы справился с ситуацией, чтобы он хоть что-то сделал, а не сидел в столице, непонятно чем занимаясь! Он нужен сыску, Алек. Алве, Тайгу, парням, чтобы что-то сказать и сделать. Он, бес его дери, нужен мне!
Сказала и зажала себе рот, не сразу понимая, что произнесла, и действуя скорее рефлекторно, чем осознанно. Не стоило этого говорить, не сейчас и не тому человеку, но слово не было птицей, его нельзя так просто поймать, а стирать память я не умела.
Но я хотела видеть Кэла. Или хотя бы просто знать, что могу прийти в сыск, а он будет там, на своем привычном месте и снова неловко пошутит, чем разозлит. Не важно. Просто знать, что он в пределах досягаемости, а не за много дней пути, и никакой поезд не сократит это расстояние.
Я спрятала лицо в ладонях, вжимаясь в кожу, которая до сих пор пахла кровью. Убрали тела или еще нет? И нужно ли мне идти сегодня в сыск? Что решит Тайг? Что, что, что — столько вопросов, но ни одного ответа я не получу, если не отлеплю задницу от скамейки после пар и не пойду в штаб, чтобы узнать. Ха, все так просто! О Небо, почему очевидные вещи осознаются в последнюю очередь?
Я усмехнулась, глубоко вдохнула и выдохнула.
— Стало и правда легче.
Алек вздрогнул, словно не ждал от меня этих слов. Он как-то неловко улыбнулся и тут же важно приосанился, стремясь превратить все в шутку, тем самым больше спасая мою репутацию, чем скрывая свою неуверенность.
— Я же говорил! Слушай великого и всезнающего меня, и будет тебе счастье. Кстати, — он вдруг довольно расплылся в улыбке и хитро подмигнул мне, — я запомню последнюю реплику.
— Что?.. — я даже на мгновение растерялась от такого откровенно шантажа. — Вот только ляпни кому-нибудь!
— Что ты влюбилась в главу гестольских сыщиков? — Алек многозначительно повел бровями. — Отрицать будешь?
— Отрицать что-то в разговоре с тобой — значит нажить кучу неприятностей, — фыркнула я и улыбнулась, чувствуя себя лучше, чем прежде. Истерика умерла, не успев выплеснуться полностью, хватило и малой части, хотя сказать я могла очень многое. Но Алек бы не понял, а озвучивать риторические вопросы и упоминать имена мертвых просто так не хотелось.
— С чего это? — возмутился Алек. — Когда это я приносил тебе неприятности?
— Ну… — я для виду задумалась, словно вспоминая, и внезапно заметила, что в кабинет робко заглядывает Керри, не уверенная, можно ли входить. — Привет!
