Колин осторожно держал Алву на руках, стараясь не шевелиться. Раненая солнечная птица… Это не просто подбитое крыло, это почти отрубленная голова. «Две раненых птицы», — устало решил Кэл, глядя на замершего изваянием Колина. По его лицу легко было прочитать все, о чем Колин думал в этот момент: защитить Алву, оградить ото всего любым способом. Когда это произошло?
— Что случилось? — Кэл бросил за спину щит и знаком велел осторожно приблизившимся близнецам, старавшимся не привлекать внимание, отвернуться. Парни послушно встали в проходе, загородив их от любопытных взглядов и без того начавших останавливаться прохожих.
— Не знаю, — Колин не поднимал глаза. — Я последовал за твоим магом, как договаривались, и краем глаза заметил, когда Алва взмахнула руками.
— Может, собралась взлетать, она же птица, — мрачно пошутил Кэл и примолк под тяжелым взглядом. — Прости.
Он теперь чувствовал себя немного странно. Еще мгновение назад тряслись руки, в голове было пусто, и страшно было смотреть на Алву, а теперь он как будто со стороны глядел на происходящее, почти равнодушно. Просто зритель, пришедший посмотреть трагедию. «Нет, — одернул себя Кэл, — это не трагедия, трагедии не будет».
Перед близнецами медленно, но верно собиралась галдящая толпа, люди норовили заглянуть в переулок, ведомые любопытством и древней любовью к происшествиям, в которых страдали другие. Надо было встать, что-нибудь сказать и отыскать Алека, но Кэл смотрел на Алву, на Колина, сейчас белее чистейшего снега, и не мог пошевелиться. Он впервые чувствовал себя… лишним, совершенно неуместным здесь и сейчас. Ему бы к Элиш, идти рука об руку, но и оставить Алву Кэл не смел. Знал, что потом будет винить себя, что не сумел защитить. Хотя нет, в этом он и без того будет себя винить, даже если сейчас уйдет. Потому что не подумал о последствиях. Как можно было настолько недооценивать лунных? Как вообще… Кэл стиснул кулаки и резко встал, оборачиваясь, чтобы столкнуться с Хили.
— Брысь отсюда, — как кошку шуганул его тот и опустился перед Алвой.
Комок в горле пропал, когда Хили взялся за дело. Он пришел не один, и его помощники аккуратно оттеснили Колина в сторону, принимаясь помогать. Кэл коротко кивнул Колину, молча прося проследить здесь, и стремительно вышел на улицу. К счастью, стража уже оцепила проулок и разгоняла любопытных. Близнецы оставались на месте. Они не пошевелились, когда Кэл прошел мимо, только вперились взглядами в спину: он чувствовал это.
Алек ждал неподалеку, он протянул кристалл, мрачно разглядывая дорогу.
— Операция провалилась, — хрипло констатировал он. — Как она?
— Жить будет, — получилось резче, чем хотелось, но Кэл не мог позволить себе сомневаться. — Что со слежкой?
Алек вскинул голову и неожиданно горько усмехнулся, разводя руками.
— Операция провалилась, я же сказал. Тарлах и мальчишка исчезли где-то в городе. За ними следили, а потом — бац, — и они как сквозь землю провалились. У нас никто зелье или заклинание невидимости не изобрел часом?
— Провалились, — повторил Кэл, пытаясь осознать услышанное. — Мы не знаем, где они сейчас, что с ними, вернутся ли.
— Свидание назначить не удалось, — вернулся к привычным метафорам Алек и оскалился. — Декан не обрадуется, если Тарлах опять пропустит занятия.
— Это последнее, о чем ей стоит беспокоиться, — огрызнулся Кэл и вызвал Тайга. — Через час в штабе, если не нападете на след.
Тайг хотел что-то спросить, но он деактивировал кристалл и засунул его за пазуху. Разъяснять сейчас было выше сил, на плечи навалилась усталость — привычная, почти родная, но от того еще менее желанная. Она всегда тянула за собой ощущение беспомощности, а его Кэл ненавидел больше всего. Он едва не потерял Алву — не потерял и не потеряет, других вариантов и быть не может! И Элиш… где она? Что с ней и Дином? Живы ли оба, или лунные убили ее, обнаружив слежку? Могли убить и Алву, да только, похоже, решили оставить послание. Кэл не сомневался в том, какой подтекст вложил лунный в свой поступок, оставив Алву в живых. Они могут убить любого в этом городе, потому что невидимки, потому что сыщики не знают их лиц, а тот же Гради Кларк выглядит всегда по-другому. Открыто следить — значит, ставить Элиш под удар. Хотя куда больше? Она и так рискует, каждый раз рискует, а отказаться не может, потому что на кону стоит ее жизнь.
Кэл стиснул голову и склонился практически к коленям, пережидая внезапно вспыхнувшую боль. В висках стучало, на переносицу словно надавили, и на мгновение он потерялся в звуках свистящего ветра. Сидящий рядом Алек, поймавший для них кэб, что-то бросил извозчику, но Кэл не разобрал ни слова. Боль отступила, только стало еще паршивее: мысли не отпускали, толкались в голове, перебивая друг друга, но были похожи. Алва и Элиш. Элиш и Алва. Две самые важные девушки в его жизни. Сестра и… возлюбленная? Любимая? Услышь Элиш, она бы фыркнула, но вдруг бы хватило совести смутиться? Алва бы обрадовалась и обняла… Она легко бы доверилась, потому что доверяла всегда. Поверила и сейчас, и поплатилась за доверие.
