В столовой еще было пусто и тихо, на кухне гремели кастрюлями и сковородами повара, готовясь опять кормить гомонящую и вечно голодную толпу студентов. Мы заняли самый дальний угловой стол, и, пока Алек ходил выклянчивать еду (обычно раньше перемены беса с два получишь хотя бы росинку), я разгладила расписание. Сегодня вроде бы у пятых-шестых курсов пар не намечалось, поскольку происходило распределение и знакомство с преподавателями направлений. У нас с Алеком, правда, процедура оказалась сокращена в разы, так что теперь мы были свободны, как вытащенные из небытия призраки. Зато завтра преподы явно собираются на нас оторваться: три лекции и три практических занятия. Шесть пар! И если практику я жду с нетерпением, то лекции… За каким бесом мне как бойцу нужны знания о редких травах? Общеизвестно, что эти самые редкие травы растут только в труднодоступных и бес еще знает каких местах, так что отыскать какие-нибудь цветы папоротника, аленькие цветочки или отпирай-траву, мягко говоря, сложно. Или Фаррелли расскажет на всякий пожарный, если все-таки жизнь пошлет нас в это… труднодоступное место?
Пришлось отвлечься от расписания, когда Алек притащил поднос, полный тарелок. На вопрос, как он умудрился столько выпросить у главной поварихи — маленькой тетке со злобным взглядом (ну точь-в-точь как у подземного песика), он только загадочно улыбнулся и указал на три стакана сока.
— Подкупаю, — пояснил Алек, заметив мой недоуменный взгляд. — Я был тебе должен за пролитый компот. Возвращаю с процентами плюс плата за предстоящий рассказ… — он понизил голос и воровато огляделся, — о твоей лунной силе.
Я моргнула, тупо разглядывая его довольную улыбку от уха до уха, и расхохоталась.
— Ну ты даешь! Подлиза, блин!
Алек только довольно осклабился, довольный результатом, и подтянул поближе тарелку с салатом.
— Ешь, — деловито велел он, нацеливаясь на дольку яблока, щедро политую сметаной, — тебе силы сейчас для рассказа понадобятся.
Я промолчала, забирая свою порцию. Рассказ, да? А что говорить-то? Если подумать, лунная сила принесла мне исключительно неприятности: выгнали из дома, попалась в загребущие руки сыска, где надели ошейник, а теперь еще и под присмотром Инквизитора оказалась. Рассказывать Алеку об этом? Нет уж, жаловаться сокурсникам — последнее дело. С другой стороны… отныне Алек на ближайшие четыре года, если ничего не случится, мой напарник, то ли тосейх, то ли тиомейнте. Это совсем не значит, что мы должны доверять друг другу сокровенные тайны, но нам придется научиться чувствовать друг друга, при этом не зацикливаясь на конкретном человеке. Иначе впоследствии, если понадобится сплести единую сеть с кем-то посторонним, я просто не смогу поймать нечаянного напарника.
Спустя сорок минут Алек сыто икнул и откинулся на скамейке, довольно поглаживая живот.
— Наелся, — сообщил он, отставляя в сторону опустевший стакан. — Но нельзя столько наедаться.
Я вытерла руки салфеткой и бездумно бросила ее Алеку. Он, похоже, не сообразив, поймал и машинально принялся складывать самолетик.
— Алек?..
— А? Блин! — он смешно фыркнул и скомкал салфетку, бросил ее на поднос. — Рассказывай.
— Так нечего рассказывать, — я пожала плечами. — Ты задавай вопросы, а там я подумаю, отвечать или нет.
Алек примолк. Я сцепила руки в замок, подпирая подбородок. Алек Маршейн. Мы никогда не были друзьями, да и не обязаны ими становиться, если на то пошло. Но вплоть до дня выпускного оказались связаны одной сетью, самое забавное — разноцветной, а кроме того, еще и вместе пишем диплом. Интересно, пора думать над практической частью, или пока я могу забить на это дело как любой нормальный студент?
— Когда у тебя проснулся «ключ»? — вопрос прозвучал резко, словно на допросе. Алек скрестил руки и больше не улыбался. Пальцы нервно подрагивали, будто он был готов в любой момент рисовать сеть.
— В девять лет, — спокойно ответила я и потянулась. — Когда чуть в каменоломню с обрыва не упала.
— Из-за силы? — изумился он.
— Нет, детские обиды.
— О… А родители что сказали?
— Удивительно, что ты задаешь именно такие вопросы, — помимо воли рассмеялась я, вспоминая, что в первую очередь интересовало сыщиков. Небо и земля! Никто из парней не подумал спросить о моих родных и их отношении к лунным или о доме, о Северном Альси. Наверное, они просто понимали, что вряд ли услышат что-то хорошее, какую-нибудь сладкую историю о родителях, которые вопреки всему решили спрятать своего ребенка от злых Следящих. Если бы они так поступили, меня бы не было в Гестоле, вот и все. Сыщики все-таки оправдывали свою должность, и эта их почти незаинтересованность сейчас заставила меня улыбнуться. Странно было осознавать, что я умудрилась все-таки немного привязаться к этим… ну, мальчишками их не назовешь, там все старше меня, но тем не менее. Я, наверное, впервые поняла, что воспринимаю их как равных, а не как врагов. И даже Кэла… но он был отдельной темой.
— А какие должен? — озадачился Алек, совершенно не догадываясь о причинах моего веселья.
