Тайг кивнул в ответ — кивок тоже получился неуверенным, словно он сомневался, стоит ли доверять словам. Но сейчас Кэл не мог больше ничего сделать. В голове засела назойливая мысль, что в первую очередь необходимо встретиться с Элиш. Тайг…
— Иди уже, — усмехнулся тот, становясь привычным знакомым Тайгом. Он демонстративно занял освободившееся место и сложил ноги на стол, откинулся на спинку стула, широко зевая. — Шагай, шагай, принцесса заждалась.
— Плохая из нее принцесса, — пробормотал Кэл и поспешно ретировался из кабинета, пока Тайг не прокомментировал эту реплику.
…Элиш замерла на пороге, и Кэл предпочел счесть это хорошим знаком. Он уже успел выяснить, что Элиш вернулась утром и отправилась на занятия, но волноваться не перестал. Наверное, даже было бы спокойнее, останься она у Кеннета, но Академия по-прежнему была нейтральной территорией, где текла иная жизнь, обычная, та самая жизнь, о которой, наверное, мечтал любой человек, попавший в неприятности.
— Привет, — Кэл приветственно вскинул руку и отстранился от стены, на которую опирался. Высыпавшие из кабинетов на перемену студенты поглядывали на него: кто с насмешкой, кто с любопытством, кто, узнав, с опаской обходили по широкой дуге и старались исчезнуть с глаз побыстрее. Впрочем, Кэл отмечал это скорее инстинктивно — его больше волновала так и не пошевелившаяся Элиш.
— Тарлах, двигай, — послышался знакомый голос, и она вздрогнула, посторонилась, пропуская Алека. Он, заметив Кэла, тоже замер. Впрочем, ненадолго: окинув взглядом их обоих, Алек до отвращения понимающе ухмыльнулся и показал Кэлу большой палец.
— Удачи, шеф, — хмыкнул он. — Потом на свадьбу пригласите, если раньше друг друга не убьете.
— Сгинь, — зашипела не хуже змеи, похоже, пришедшая в себя Элиш и со всей силы хлопнула Алека по спине. — Сгинь и не показывайся мне на глаза!
— Я передам Кэрри от тебя привет, — невпопад парировал он, но Элиш, похоже, поняла и только закатила глаза.
— Какого беса ты здесь забыл? — этот вопрос она адресовала уже Кэлу, покосившись куда-то назад. Каллаган, сообразил он, у них только что закончилось занятие, но Каллаган, кажется, не торопился покидать кабинет, давая им возможность спокойно уйти.
— Поговорить, — коротко ответил Кэл. — Где можно?..
Элиш стиснула зубы, было видно, как у нее играют желваки. Наконец, приняв какое-то решение, она коротко кивнула и молча направилась в сторону лестницы. У Кэла не осталось иного выбора, как только последовать за ней, но задавать вопросы сейчас он не решался. Если не сбежала и не прогнала — уже хорошо. Значит, лазейка в стене для него осталась.
По крайней мере, в это отчаянно хотелось верить.
Они спустились на первый этаж и завернули в тускло освещенный коридор. Элиш остановилась спустя тридцать шагов, прислонилась к стене так, чтобы иметь возможность сбежать, и Кэл невольно отступил назад. Где-то рядом раздавалось бряканье посуды, кто-то переговаривался, должно быть, здесь располагалась кухня, хотя он помнил, что столовая была на втором этаже. Кэл тряхнул головой, справедливо решив, что сейчас не время размышлять о странной архитектуре Академии. Он сделал небольшой шажок к Элиш и протянул ей руки пустыми ладонями вверх.
— Что это? — Элиш в замешательство наклонила голову. Вся ее поза — руки на груди, напряженные плечи и взгляд исподлобья — выражали готовность драться, но такой жест как минимум удивил.
— Наверное, я, — Кэл и сам был не слишком уверен в том, что делает.
— Ты?..
— Ну, да, — он посмотрел на сложенные лодочкой ладони и неловко улыбнулся. — Я. От кончиков пальцев и… весь. Я.
— Это я вижу, — Элиш опустила руки и потянулась к нему, коснулась подушечек, осторожно, будто боялась до крови уколоться отравленной иглой. — Но… я не понимаю. — Она провела пальцами до ладоней, обрисовала линии, коснулась запястья и отшатнулась, тряхнула головой, сбрасывая непонятное оцепенение. — Бес тебя задери, господин сыщик. К чему это?
— Я не знаю, как попросить прощения за вчерашнюю беспомощность, — честно ответил Кэл, продолжая протягивать руки. — Так что считай, что я отдаю себя тебе.
— Какие пафосные слова, — фыркнула Элиш и снова прислонилась к противоположной стене. Рядом что-то прогремело, кто-то заругался, и она криво усмехнулась. — К тому же рабство не в почете, если помнишь. Так что не подойдет.
— Тогда что? — он беспомощно огляделся, в надежде отыскать что-нибудь подходящее здесь, в коридоре с покрытыми копотью стенами. — Как?
— Сдалась я тебе, — пробормотала Элиш и как-то устало вздохнула. — Ладно, я вроде не давала повода считать себя идиоткой. Извинения приняты. Геройский поступок — принести себя в жертву лунной, молодец. Все, я тебя простила.
