Глеб невразумительно пробормотал что-то. Ну да. Лощеный. Не то что он сам, валяющийся на больничной койке в дурацкой несвежей пижаме, хромоногий, заросший, как… оборотень.
– А я не знала, что ты водишь дружбу с магами!
– Это они со мной водятся, – буркнул Глеб. – Уже год.
Значит, оборотни служат в магической полиции! А в ИМФ эти… сволочи уклонялись от его вопросов – знают ли таких же, как он. Просто говорили, что оборотни предпочитают селиться не в городах, а в отдаленных поселках… Ну да, конечно, боялись, что он встретится с сородичами и уйдет из института – остальные-то не валяют дурака, пытаясь отделаться от своей сути, а уживаются с ней среди обычных людей!
– Выглядишь бодрее! То есть злее.
Ему стало досадно, что Мила убрала руку.
– А где мои пироги? – спросил он.
– Собиралась принести, но сказали, тебя завтра выписывают.
Мила стрельнула в него взглядом.
– Вот и подумала, сам придешь за ними, не развалишься.
Пауза. Глеб моргал: в ушах у него зашумело, горло сдавило… Значит, можно, значит она правда не боится… Значит?..
– Ну? – в ее голосе – нетерпение пополам со смехом. И еще чуть заметная неуверенность.
Глеб кашлянул.
– Не… развалюсь.
Мила открыла дверь и уставилась на букет. Букет был великолепен. Особенно в первой части слова – велик.
И состоял он из одних калл.
– Оба-на! – только и сказала Мила.
Глеб с сомнением оглядел букет в своих руках.
– Я что-то не помню: они тебе нравятся или наоборот?
Еще чего доброго развернется сейчас и уйдет за новым букетом. Ищи его потом на всех… стройках.
– Да я от них просто с ума схожу! – быстро сказала Мила, нисколько не покривив при этом душой. – Заходи.
Он одним вздохом вобрал в себя строгий цветочный аромат, аппетитный дух пирогов, не обманула… И еще – собственный Милин запах. Оглушающий, оглупляющий; да ему просто по щенячьи хочется тыкаться лбом в ее ладонь и вилять хвостом.
Этот запах вернул его в самом начале полнолуния…
Глеб шагнул через порог, обхватывая ее вместе с букетом; цветы хрустнули между ними, женщина пискнула, но и не подумала вырываться, наоборот прильнула к нему, горячо выдохнула ему в ухо – аж дрожь по спине:
– Волчо-ок…
Через некоторое время – невинное напоминание:
– Пироги стынут.
– К черту… пироги…
– Ага! – охотно согласилась Мила. – К черту!
Глеб ненавидел лунный свет и всегда задергивал плотные портьеры, чтобы ни один предательский луч не проскользнул в комнату. Сейчас он лежал, таращась на убывающую Луну – взгляд во взгляд – и не испытывал ни малейшего желания встать и задвинуть штору. Или просто для этого у него не было никаких сил?
Но для только что вышедшего из больницы… и оборотня… он, кажется, справился. Женщина сонно и довольно мурлыкала ему в шею.
– А ведь никто не спросил и не объяснил – а почему я видел эти сны? – сказал Глеб, точно продолжал начатый разговор.
– Я… со своей фантазией могу выдать тебе сотню и еще одну версий. Может быть, какая-то даже окажется правдой. Хочешь?
– Мил…
– Мм?
– А как ты поняла там, на стройке… кто из нас двоих я?
– Ну, это же элементарно, волчок!
– И как?
– Ты не хотел его убивать.
Глеб ел сырое мясо. Отрывал клыками, глотал, практически не жуя. Женщина, сидевшая у костра, тихо напевала, поворачивая свою нанизанную на шампуры порцию. Глеб принюхался. Жареное мясо тоже пахло… вкусно. Он подобрался поближе к костру. Странно, что огонь его не пугал. Никогда. Глеб уткнулся подбородком в плечо Милы, одним глазом присматривая за шипящим мясом, другим разглядывая близкое лицо женщины. Прикусил сережку, болтавшуюся в ухе. Вместе с мочкой уха. Мила легонько шлепнула его по лбу.
– Не балуйся!
Глеб тихо и влажно зарычал ей в ухо. Повалился спиной в траву, разглядывая сосредоточенное, освещенное костром лицо женщины, темные силуэты деревьев, выхваченные из темноты искрами, летящими к небу. За деревьями поднималась Луна. Он чувствовал знакомое томление близкого перекидывания, но пока держался, пока еще держался…
– Нервничаешь? – спросила Мила, косясь на него.
Он едва не засмеялся. Нервничаешь? Это могла спросить только она. Его упрямая, безрассудно храбрая… любимая женщина.
– А… ты?
Получалось хрипло, но все еще внятно.
– Конечно, – просто сказала Мила.
– Может… уйдешь?
– Все у нас получится, ты что, зря учился? Да и поздно уже, – она подняла глаза – их заливал свет медленно выкатывающейся на верхушки деревьев Луны.
Глеб рывком поднялся. Заметил движение Милы.
– Не ходи… за мной.
– Но я…
– Не хочу… чтоб видела. Не в этот… раз.
Она провожала глазами его бредущую в темноту фигуру. Глеб держался до последнего. И даже сейчас старался не показать ей, как ему больно и трудно: противный, упрямый, бестолковый… за что она его только любит? Мила вздохнула и уселась поудобнее, готовая ждать его возвращения. Женщина всегда дождется своего мужчину.
Даже если он волк.
Комментарии: 31, последний от 25/07/2010.
Обновлено: 06/08/2010. 163k. Статистика.
Глава : Проза
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
