Умеет он приказывать. Так захотелось подчиниться, что сам не понял, как поменял облик. А вслед за мной и Советник сменил ипостась и отчего-то прямо в голом виде стал кататься по полу и ржать.
– Что ты творил! Ик! Как двигался... ик! – всхлипывая сквозь смех, пытался оценить мое обращение в дракона Сандор.
Дед к этому хохоту присоединился.
– Смешно им, – пробурчал я.
– Прости, малыш, это я поспешил провести ритуал, – оправдывался родственник. – Нужно было тебе дракона показать до начала.
– Угу. Я даже не понял, какого был цвета.
Вот тут драконы разом смеяться перестали и подошли ко мне.
– Ты лунный дракон, – сообщил дед и оглядел меня с восхищением.
Часть 16
– Лунный – это что за дракон? – попытался я вспомнить, что изучал.
– Редкий. Давно позабытый, – протянул мне одежду Сандор. – О нём только легенды остались.
– Пошли отдохнешь, а мы расскажем, – кивнул на выход из зала дед.
Идти человеческими ногами было не в пример приятнее. Наверное, я никогда не стану настоящим драконом и удовольствия от этих превращений не получу. Зато заметил некоторые изменения в восприятии действительности. Слуги, что попадались по пути, смотрели на меня с нескрываемым изумлением, а я на них.
В зале я сразу и не понял, что там за туманности или шлейфы висят над дедом и Сандором. Теперь же сообразил, что над каждым драконом колышется еле приметная воздушная субстанция. Настолько расплывчатая, что увидеть в ней образ дракона можно с большим трудом. Естественно, что это «личное привидение» на порядок меньше облика дракона. Но цвет отображает. Оттого я сразу поспешил к зеркалу посмотреть на себя.
Дед назвал меня лунным, но я бы решил, что ближе к серебряному цвету. Интересно, а мой дракон в полнолуние тоже будет светиться? Вопросов оказалось так много, что я с нетерпением ждал ответов. И когда мы расположились на диванах одной из гостиной, приготовился слушать.
– Считается, что лунным может стать любой дракон, кто умрет и оживет вновь, – начал дед.
– Ничего себе! – не сдержался я. – Что ж за магия такая?
– Ты умирал, – кивнул дед.
– И, похоже, не один раз. Пламя чистильщиков смертельно, – напомнил Сандор. А я вдруг обнаружил, что сижу у него на коленях. Когда он меня успел перетащить? Но объятия мне нравились, и вырываться я не стал.
Дед еще долго рассказывал, что я за уникальный дракон, и как им становятся. Но если коротко, то это «дракон-купидон». Помните таких хорошеньких ангелочков с розовыми попочками и крылышками? Вот я теперь такой же. Почти.
Розовая попа имелась, крылья тоже (в драконьем обличье). Осталось только магию специфичную освоить. Про эту давно забытую магию мне толком никто рассказать не смог. Но заверили, что как раз у нас на факультете есть секретная библиотека. И я все смогу узнать чуть позже. И не через каплю, а в зачарованном фолианте.
– Потом, все потом. Пока отдохни в поместье пару дней, – ненавязчиво начал увлекать меня в свою комнату Сандор.
– А я, пожалуй, поеду, – сообщил дед. – У меня там студенты и занятия.
– У меня тоже занятия, – попискивал я в объятиях любимого дракона.
– Успеешь, – с шумом вдыхал запах моих волос Советник. – Ты моя пара.
Слабо сопротивлялся я ровно до того момента, пока Сандор меня не поцеловал. Вот тут мой мозг отправился куда-то на прогулку. Остались только инстинкты и желание. Желание быть с этим большим и сильным, тереться об него и чувствовать каждой клеточкой тела.
– Что же ты такой торопливый? – мурчал Сандор, вытряхивая меня из нехитрой одежки.
Я же стягивал с него хламиду. Наконец-то! Восторг буквально переполнял меня. Можно трогать, целовать, чуть покусывать это восхитительное тело. Когда, в какой момент я перестал воспринимать Советника как постороннего, уже и сам не мог вспомнить. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что я предпочитаю быть сверху. Сейчас это было неважно. Главное, что мы вместе. А те горячие губы, что уже целуют мой живот и опускаются все ниже, заставляют издавать стон и позабыть обо всем.
Чуть отрезвило меня вторжение внутрь одного пальца. Но практически сразу стало наплевать на свои принципы. Хочу, очень хочу.
Уже когда Сандор двигался во мне, я все же успел погадать: будем ли мы меняться. Выяснил, что моя пара примет все, что касается меня. Но сегодня только так. Пусть проявляет свое доминирование. А я буду наслаждаться.
– Мой, мой, – продолжал осыпать меня поцелуями любимый дракон. – Как первый раз увидел, так забыть не мог.
– Ты меня обижал и дразнил, – припомнил я.
– Это я себя обижал, а не тебя. Думал, что мы никогда не сможем стать ближе того, что допустимо в обществе.
– Но ведь у драконов имеются любовники из числа людей, – возразил я.
– Не хотел для тебя такой участи. Плюс твой наставник мне ничего толком не обещал.
– Он сам не понимал гаданий. Вернее, ему не пришло в голову, что я дракон.
– Самый уникальный и весь мой, – снова подмял под себя мое тельце Сандор.
На следующее утро моя попа болела, и никакая магия лечения с этим не справлялась. Или требовалось некоторое время для регенерации.
– Прости, что был так несдержан, – причитал надо мной Сандор.
