— Мистеръ Блекъ! Изъ всхъ сыщиковъ-любителей, когда-либо набивавшахъ руку въ этомъ ремесл, хуже насъ съ вами не найдти. Человкъ въ сромъ тридцать лтъ прослужилъ у москательщика. Онъ ходилъ въ банкъ заплатить деньги по порученію хозяина; ребенокъ во чрев матери, итотъ больше его знаетъ о Лунномъ камн.
Я спросилъ, что намъ предстояло длать.
— Вернемтесь въ мою контору, сказалъ мистеръ Броффъ. — Крыжовникъ и еще одинъ изъ моихъ людей очевидно за кмъ-то слдили. Будемъ надяться, что
Придя въ Грейзъ-Иннъ-Скверъ, мы застали тамъ втораго изъ людей мистера Брсффа. Онъ ожидалъ насъ боле четверти часа.
— Ну, спросилъ мистеръ Броффъ:- что скажете?
— Прискорбно сказать, сэръ, отвтилъ тотъ: — ошибся! Я готовъ былъ присягнуть, что видлъ, какъ мистеръ Локеръ передалъ что-то пожилому джентльмену въ свтленькомъ пальто. Оказывается, сэръ, что этотъ пожилой джентльменъ весьма почтенный торговецъ желзомъ въ Остчип.
— Гд Крыжовникъ? спросилъ мистеръ Броффъ, покоряясь неудач.
Тотъ вытаращилъ глаза.
— Я не знаю, сэръ. Я его не видалъ съ тхъ поръ какъ ушелъ изъ банка.
Мистеръ Броффъ отпустилъ этого человка.
— Одно изъ двухъ, сказалъ онъ мн: — или Крыжовникъ совсмъ убжалъ, или онъ охотится самъ по себ. Какъ вы думаете, не пообдать ли намъ здсь, на случай если малыйвернется часика черезъ два?
Мы отобдали въ контор мистера Броффа. Не успли собрать со стола, какъ адвокату было доложено, что «нкто» желаетъ переговорить съ нимъ. Не Крыжовникъ ли? Нтъ: это былъ тотъ, что слдилъ за мистеромъ Локеромъ по выход его изъ банка.
Ни этотъ разъ отчетъ не представлялъ на малйшаго интереса. Мистеръ Локеръ вернулся къ себ домой и отпустилъ свою стражу. Посл этого онъ не выходилъ изъ дому. Въ сумерки въ дом закрыли ставни и заперлись на-глухо. На улиц предъ домомъ и въ проход позади зорко сторожили. Ни малйшаго признака Индйцевъ не оказалось. На одна душа не бродила вокругъ дома. Сообщивъ эти факты, посланный ожидалъ дальнйшихъ приказаній. Мистеръ Броффъ отпустилъ его на сегодня.
— Вы думаете, что мистеръ Локеръ взялъ домой Лунный камень? спросилъ я.
— Онъ-то? сказалъ мистеръ Броффъ:- онъ на за что бы не отпустилъ двухъ полицейскихъ, еслибы снова подвергся риску хранить алмазъ у себя въ дом.
Мы еще прождали мальчика съ полчаса и прождали напрасно. Мистеру Броффу пора было хать въ Гампстедъ, а мн въ Портлендъ-Плесъ. Я оставилъ конторскому дворнику свою карточку, на которой написалъ, что буду сегодня у себя дома въ половин одиннадцатаго. Карточку эту приказано было отдать мальчику, еслибъ онъ вернулся
Нкоторые имютъ способность аккуратно являться въ назначенное время; другіе имютъ способность пропускать его. Я изъ числа послднихъ. Прибавьте къ этому, что я провелъ вечеръ въ Портлендъ-Плес, сидя рядомъ съ Рахилью, а миссъ Мерридью была съ нами на томъ конц комнаты, имвшей сорокъ футовъ длины. Неужели кого-нибудь удивитъ, что я, вмсто половины одиннадцатаго, вернулся домой въ половин перваго? Какъ безсердечна должна быть эта особа! И какъ я искренно надюсь, что никогда не буду знакомъ съ нею!
Впуская меня, слуга подалъ мн лоскутокъ бумаги.
Я прочелъ слдующія слова, написанныя красивымъ судейскимъ почеркомъ: «Не во гнвъ вамъ, сэръ, мн спать хочется. Я зайду завтра поутру отъ девяти до десяти.» По разспросамъ оказалось, что заходилъ мальчикъ, необыкновенно глазастый, показалъ мою карточку съ запиской, ждалъ около часу, только и длалъ что дремалъ да снова просыпался, написалъ мн строчки дв и ушелъ домой, преважно заявивъ слуг, будто бы онъ «ни на что не годенъ, еслине выспится за ночь».
Мы слдующее утро я съ девяти часовъ поджидалъ своего гостя. Въ половин десятаго я услыхалъ шаги за дверью и крикнулъ: — «Войдите, Крыжовникъ!» — «Покорно благодарю, сэръ,» отвтилъ сдержанный и грустный голосъ. Дверь отворилась. Я вскочилъ съ мста и встртилъ лицомъ къ лицу пристава Коффа.
— Прежде чмъ писать въ Йоркширъ, мистеръ Блекъ, я подумалъ: дай-ка зайду сюда, не въ город ли вы?
Онъ былъ все также страшенъ и худъ. Глаза его не утратили прежняго выраженія (весьма ловко подмченнаго въ разказ Бетереджа), «какъ будто хотла прочесть въ васъ больше того, что вамъ самимъ извстно». Насколько же платье можетъ измнить человка, великій Коффъ былъ неузнаваемъ. Онъ носилъ бдую шляпу съ широкими полями, легкую охотничью жакетку, блые штаны и драповые штиблеты. Съ нимъ были толстая дубовая палка. Вся цль его, повидимому, состояла въ томъ, чтобы показаться человкомъ, всю жизнь свою прожившимъ въ деревн. Когда я поздравилъ его съ метаморфозой, онъ отказался принять это въ шутку. Онъ совершенно серіозно жаловался на шумъ и вонь Лондона. Право, я не вполн увренъ, чуть ли онъ даже не говорилъ съ легкимъ оттнкомъ деревенскаго говора! Я предложилъ ему позавтракать. Невинный поселянинъдаже оскорбился. Онъ завтракаетъ въ половин седьмаго, а спать ложится вмст съ курами.
