Рози закусила губу. Она хотела подчеркнуть, что сейчас он делился с ней тем, чем обычно делятся с теми, кому доверяют, но знала, что лучше промолчать. Она промолчала. Может быть, это были занятия по психологии в колледже, но она знала, что, если откроет рот и скажет это, он закроется, а она не хотела этого.
— Он был словно… болезнь, поражающая всех, с кем он соприкасался, — продолжил он отстраненным тоном. — Иногда окружающие даже не подозревали об этом.
— Я… мне жаль, — сказала она, жалея, что не может сказать чего-то большего.
— Он умер. — Девлин откинул голову, и она увидела, что его глаза закрыты. — И мир в результате стал лучше.
Она содрогнулась. Это были довольно резкие слова по отношению к отцу, как ни гляди, хотя, опять же, она не знала его отца. Если бы ее отец был серийным убийцей, к примеру, она бы, наверное, чувствовала то же, что и Девлин, а такие вещи влияют на психику, не так ли? Ненавидеть собственную кровь и плоть, даже если эта ненависть обоснована.
Девлин посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую, будто решал, что ему делать.
— Лоуренс был замешан в незаслуживающих доверия делах, так что не требуется большой сообразительности, чтобы понять, у него были причины прятать это место.
— Он знал, что ты знаешь о его делах?
— Полагаю, да. — Девлин помолчал. — Но мне начинает казаться, что я ошибался, думая так.
Рози теребила край кардигана. Она хотела спросить, было ли возможно, что дела Лоуренса привели к его смерти, будь то самоубийство или убийство.
— И ты сказал, что Росс что-то об этом знает?
— Кое-что. Да.
И тут до нее дошло.
— Вот почему ты рассказываешь мне это, потому что он не знает ничего точно и в деталях.
Девлин не ответил, но его глаза распахнулись.
— Веришь ты в то, что я говорю правду, или нет, твое дело. От меня тут ничего не зависит. И мне кажется, я ничего не могу сделать, чтобы изменить это.
Девлин подтянул одну ногу к груди.
— А тебе не кажется странным, что ты живешь в квартире в здании, принадлежавшем Лоуренсу и которое он хотел спрятать от меня?
— Мне кажется это чертовски странным, если честно. Это также немного пугает, но мне нравятся пугающие вещи.
Он издал нечто похожее на смех.
— Очевидно.
— Может быть, это… судьба. Ты сказал, что нашим дорогам суждено пересекаться, и, предположим, это правда. Не знаю, но я уверена, что случаются вещи, которые никто не в силах объяснить. Думаешь, нет причины? Может быть, это работа каких-то высших сил, — скала она, чувствуя себя немного уязвимо от того, что признает все это вслух. Она ждала, что он рассмеется или назовет это идиотизмом. А потом она почувствовала себя еще более уязвимо.
Потому что, вдруг это и вправду была какая-то странная обреченность? Что, если это судьба? Для кого-то это могло бы прозвучать банально и глупо, так же, как призраки и проклятия выглядеть банально и глупо. А еще ангелы и демоны. Люди верят во многое, чего не видели собственными глазами. И есть много того, что никто не в силах объяснить.
Так что Рози просто шла дальше.
Шла дальше и когда дело коснулось их: сообщение, которое она послала, ее решение отгородиться от него. Между ними, очевидно, что-то было, ошеломляюще раскаленная химия, и, возможно… возможно, даже нечто большее. Не было смысла отрицать это, и они могли бы выяснить все, если бы он просто разрушил стены, которые построил
Она сделала глубокий, очищающий вздох и решилась.
— Я лгу, когда говорю, что ты мне не нравишься. Ты мне нравишься. Ты начинаешь… очень сильно нравиться мне. Я даже не знаю, почему. — Она нервно рассмеялась. — Но это так. Вот почему я решила отойти от всего расследования в доме Люциана. Это просто… я не знаю. Мысли путаются. — Она прерывисто вздохнула. — Ты можешь доверять мне, Девлин.
Ответом ей было молчание.
Рози напряглась и попробовала снова:
— Мы просто можем начать все заново. Привет. — Склонившись вперед, она протянула руку. — Я — Рози Герпин. Первоклассный охотник за привидениями.
Он не сказал ни слова. Молчал несколько секунд, и в эти мгновения что-то в нем переменилось. Она почти видела, как он заделывает все дыры и трещины, образовавшиеся в этих стенах. Их тут же закрыли.
— Люди не могут начинать все с начала, Рози. — Девлин поднялся на ноги. — Я должен идти.
Словно порыв ледяного ветра ворвался в комнату.
«Я должен идти».
Эти слова прокручивались снова и снова. Уязвленная, она отпрянула и замерла на мгновение. Вау. Других мыслей не было. Она просто сидела там, покрываясь мурашками, а в горле вдруг запершило, когда он прошел к занавескам из бусин.
— Я найду выход. — Девлин развел занавески и мягкое позвякивание прокатилось эхом. — До свидания, Рози.
Она не раскрыла рта. Она ничего не сказала. А Девлин не оглянулся ни разу, выходя из ее квартиры.
Он был засранцем.
Кроме того, он был неэффективным засранцем.
Ухмыльнувшись этому, Дев допил остатки бурбона, проходя через гостиную своего дома к кухне. Не через гостиную особняка де Винсентов. Он не хотел возвращаться туда сегодня. Так что он поехал в свой дом, в Порт.
