— Думаю, Флорес хотел бы, чтобы ты не вставала, — напомнил ей Люциан.
— Мне все равно. Я не буду и дальше сидеть тут в полотенце.
— Не то чтобы я не видел тебя такой раньше, — сказал он так тихо, что она не была уверена, слышал ли его Гейб.
Вцепившись в полотенце крепче, она отрезала:
— Не похоже, что вам повезет увидеть что-нибудь снова.
— Это вызов? — спросил он, и глаза его заблестели. — Я очень люблю вызовы.
— Ну, это вызов, который вам не по силам.
Гейб подошел к ним, глядя с интересом.
— Это ваша ночная рубашка? — спросил он.
— Да, — она потянулась за ней с облегчением, — спасибо.
Он кивнул.
— В отличие от некоторых, не будем называть имен, я бы предпочел, чтобы вы чувствовали себя комфортно.
Люциан выхватил рубашку из рук брата прежде, чем она успела взять ее. Он отдал сверток со льдом Гейбу.
— Твоего мнения никто не спрашивал.
Развернувшись, он набросил рубашку ей на плечи, а потом начал продевать в рукав одну ее руку, как будто она не знала, как одеться самой.
— Как голова?
Гейб сел рядом и через секунду уже прикладывал лед к месту ушиба. Умом она полностью осознавала абсурд ситуации. Братья, известные как Люцифер и Демон, сейчас заботились о ней, словно она была инвалидом, а она была едва одета.
— Мисс Хьюз, — мягко позвал Люциан.
— Отлично, — пробормотала она, держа полотенце и продевая другую руку в левый рукав. Подняв глаза на Люциана, она заметила, что тот не смотрит на ее лицо. Его взгляд скользил ниже ее груди, к щели в полотенце.
— Серьезно?
Кривая улыбка появилась снова, когда он потянулся мимо нее за поясом.
— Просто не могу удержаться.
— Вам придется постараться. — Подол ночной рубашки был опущен, она уставилась на него, пока он завязывал пояс. Его ладони оставались на ее талии дольше, чем требовалось. — Постараться намного сильнее.
— Итак, — протянул Гейб, — вы действительно неплохо узнали друг друга, когда ты поехал в Пенсильванию.
Джулия резко посмотрела на него, и вдруг оказалось, что он сидит к ней гораздо ближе, чем раньше.
Он склонил голову набок.
— Я знал, куда он едет.
— Это все, что знает Гейб. — Люциан убрал руки с ее талии и сел с другой стороны, прижавшись к ней ногой. — Но да, мы неплохо узнали друг друга.
Гейб перевел взгляд с Джулии на брата.
— Не удивлен.
Джулия закрыла глаза, чувствуя, что слишком устала, а голова болит слишком сильно, чтобы беспокоиться о том, почему они играют в гляделки. Черт, ее даже не заботило, что в тот момент, когда она познакомилась с Гейбом, она лежала голой на полу в душе. Может быть, завтра это будет ее волновать, а сегодня — нет.
Ее мысли блуждали далеко. Пока Джулия сидела, зажатая между двумя братьями, она все думала о силуэте за стеклом в душе. Ее била легкая дрожь. Мог ли это действительно быть моргнувший свет, сыгравший с ней злую шутку? Или кто-то был там, наблюдая за ней?
Люциан смотрел, как его брат показывал что-то Джулии на экране своего телефона, и не мог побороть внезапный всплеск ревности, возникший глубоко внутри. Абсолютно нелепо, но он представлял себе, как хватает Гейба за намотанный на шею шарф и выкидывает за дверь.
Доктор Флорес стоял у двери, собирая в сумку инструменты, которыми он осматривал Джулию.
— С ней все будет в порядке? — спросил Люциан.
— Думаю, все будет хорошо. Вестибулярный аппарат, память и рефлексы в порядке, так что, думаю, нет необходимости проводить дальнейшие исследования. Может быть, у нее будет болеть голова, и я оставил кое-что на этот случай. — Он кивнул на неподписанную бутылочку с лекарством. — Даже если это легкое сотрясение, а я так не думаю, нужно следить за интенсивностью болей и изменениями в поведении, но об этом она и сама прекрасно знает.
Люциан скрестил руки и кивнул. Он слышал, как Гейб с Флоресом перед этим обсуждали ее симптомы, и все еще испытывал облегчение от того, что кровотечение за ухом давно прекратилось и ей не нужно было накладывать швы.
— Она может поспать?
— Да. Зрачки не расширены, сознание ясное.
Флорес повернулся, посмотрев на него.
— Пусть не напрягается завтра. Остается в кровати. Отдохнет. Это будет лучшим лекарством. Она действительно…
— Я слышу вас обоих, — сообщила Джулия с постели. — Просто для справки.
Люциан улыбнулся, а Флорес покраснел.
— Ужасно рады отметить, что ваш слух функционирует нормально, мисс Хьюз.
Она прищурилась, когда Гейб снова сел на стул, который он поставил возле ее постели.
— К утру я буду в порядке.
— Джулия, — голос доктора звучал устало, — понимаю, что для вас это новая работа и вы хотите показать себя с лучшей стороны, но вам нужно поберечь себя.
Она поджала пухлые губы.
— Я прослежу, чтобы она отдыхала, — сказал ему Люциан, и мог бы поклясться, что если бы Джулия могла убивать взглядом, он был бы уже мертв. — Спасибо, что приехали. Мы очень признательны.
— Чувствую, мне нужна комната в вашем доме, — поднимая сумку, кивнул док Гейбу и Джулии. — Я вышлю вам счет.
