Лунный свет полностью

А в следующее мгновение я чуть не отключилась. Сначала от смущения, затем от волны наслаждения. Если мое тело собиралось вновь преподнести мне подарок в виде приступа катаплексии, то только, черт бы его побрал, не сейчас! Но подобных намерений оно не вынашивало, и самый классный момент в моей жизни нарушал только Дэниэл, который останавливался, чтобы задавать мне вопросы. Я попыталась было ответить, однако не смогла. Но постепенно он, как мне показалось, понял, что я сама не особо разбираюсь в этом вопросе.

Потом он вновь прополз по кровати выше, потянулся к джинсам, достал презерватив, хотя ему потребовались для этого три неудачные попытки и мучительный вздох, и мне стало легче вдвойне оттого, что тот не светился во тьме.

– Ну так как, попробуем воплотить в жизнь план «Ник и Нора пускаются во все тяжкие»? – спросил он.

– Думаю, мы уже его пробуем, – произнесла я мечтательным голосом, показавшимся совершенно чужим.

Он засмеялся, и это была самая эротичная вещь, которую мне только приходилось слышать.

– Это еще не все.

– Да?

Если честно, то если бы он сейчас предложил мне взорвать какой-нибудь дом, я лишь спросила бы у него какой.

– Мы можем прямо сейчас все прекратить…

– Спасибо, не надо, – сказала я.

– В каком смысле «не надо»? Не надо продолжать или не надо прекращать?

– Не прекращай.

– Уверена?

Я еще в жизни не была так ни в чем уверена.

Получилось немного неловко и неуклюже, хотя для второй попытки все же ничего. Но некоторое время спустя наступил черед третьей, и вот как раз она…

Буря эмоций.

От того, что произошло в наш первый вечер, ее отделяло расстояние в несколько световых лет. Те люди на заднем сиденье его машины были чужие. А мы теперь – нет. И знаете что? В этом и была вся разница.

Прекратив неистовствовать, мы легли рядом, сплетясь друг с другом руками и ногами. Дэниэл взял мою руку и положил себе на сердце. Сильное и могучее, оно никуда не торопилось и билось в такт с моим. У меня возникло чувство, что мы оказались внутри невидимого кокона. Будто все, что мы только что на пару сделали, создало островок безопасности, места на котором хватало только нам двоим.

Он протяжно выдохнул и откинулся на матрац:

– Эй, Берди.

– Что?

– Между матрацем и передней спинкой кровати торчит что-то пурпурное и пушистое. Да при этом еще одноглазое. И этот глаз сейчас смотрит на меня.

Я протянула руку и вытащила из-за его головы плюшевую игрушку:

– Это всего лишь мистер Флопс.

– Твой мистер Флопс – просто жуть. О боже, у него только один глаз.

– Ему в жизни здорово досталось, – сказала я, – он у меня с самого детства.

– Тебе его подарила мама?

Я покачала головой и ласково потрепала зайчика по ушку.

– Мне жаль, что у тебя осталось мало хороших воспоминаний о маме, – сказал он.

– Ничего страшного, – вздохнула я. – Мистер Флопс тоже хорошее воспоминание. На Пасху перед маминой смертью постоянно лил дождь. Она куда-то ушла, теперь я уже не помню зачем. Может, с кем-нибудь встречалась, не знаю. Но поскольку Мона собиралась взять меня поохотиться за пасхальными яйцами, я из-за всей этой слякоти очень расстроилась. Вместо похода по магазинам миссис Пэтти с Моной разложили по всему ресторанчику бумажки с подсказками, спрятав их в разрисованные пластмассовые яйца. Типа, в первом яйце лежит бумажка, намекающая на то, где искать следующую, и так далее.

– Поиски клада для юного детектива Берди, – с улыбкой сказал Дэниэл, – погоня за тайной.

Я в ответ тоже улыбнулась:

– Вот именно. Я тогда не могла нарадоваться. А в конце этого приключения меня ждали мистер Флопс и огромная гора сладостей. У меня было такое чувство, будто я выиграла в лотерею.

– Здорово, – сказал он и обратился к зайцу: – Простите, мистер Флопс, что назвал вас жутким. На самом деле вы просто чудесный.

Я улыбнулась и сказала:

– Слушай, Дэниэл…

– Что?

– До меня только сейчас дошло. Мы ведь сегодня ночью не работаем?

– Нет.

– И этот дом в нашем полном распоряжении. Может, ты тогда останешься?

– На всю ночь?

– Можно просто отправить твоей маме сообщение и сказать, что ты вернешься утром.

– И от этого она придет в восторг.

– Правда?

– Это сарказм, Берди.

– Но ты ведь все равно останешься, правда? Я разрешу тебе положить под голову Коломбо или мистера Флопса. Выбор джентльмена.

– Ну тогда ладно. Разве я могу тебе отказать?

Я закрыла глаза, пребывая на седьмом небе от счастья.

– Эй, Берди! Вопрос «правда или ложь». Теперь ты веришь во вторые шансы?

Мои пальцы взъерошили его волосы:

– Я верю в нас.

– Я тоже, – прошептал он в ответ.

– А как же видеозапись Дарке в отеле? – спросил я, спуская из ванны воду и туже затягивая на груди влажное полотенце.

– Блин… – Он неподвижно застыл, хотя еще за мгновение до этого энергично вытирал волосы. – Я так и знал, что мы что-то забыли.