После нескольких бесплодных попыток я растерялась, не знала, что дальше делать, и в этот момент получила сообщение от Дэниэла:
Я несколько раз его перечитала. В голове роилось множество вопросов. Какой еще технический перерыв?
Дэниэл что, на работе? Он хочет со мной поговорить? О чем? О нас? И чем объяснялась такая его лаконичность? Тем, что мы с ним в настоящее время не разговаривали, или же желанием со мной порвать?
В итоге я решила отправить простой, односложный ответ:
Он мне не ответил, и от этого я разволновалась еще больше. В довершение всего я еще стала принимать новый препарат, от которого в душе постоянно шевелилось какое-то странное чувство тревоги. Но тут мне подумалось, что лучше решительно пойти навстречу судьбе, что бы она мне ни уготовила, чем сидеть и гадать, что будет дальше.
Когда я приехала в «Каскадию», вход был отгорожен лентой, а впереди красовалось сообщение о том, что отель временно закрыт на ремонт. Постояльцам, забронировавшим номера, предлагалось обращаться к швейцару. Проблема лишь в том, что рядом не было ни единой живой души. Мини-вэна поблизости тоже не наблюдалось. Я пошла в обход и направилась к служебному входу, протискиваясь на дорожке мимо массивных грузовиков и людей в костюмах химзащиты.
И этот запах. Боже мой, какой же там стоял запах…
Не успела я провести своей картой по считывающему устройству, чтобы войти внутрь, как дверь черного хода распахнулась и передо мной появилась белокурая голова Чака. Его лицо прикрывала хирургическая маска.
– А, Простачок, – весело заявил он, опуская ее вниз, – что ни говори, а странно оказаться здесь в смену Ястребов, правда?
– Я пыталась дозвониться, но так и не смогла. Что случилось?
– Случилось ОЗЖС. Это общество по защите животных сообщило городским властях о прорыве канализации на подземной парковке. Думаю, они сами это и устроили, потому как дерьмо так и прет наружу из туалетов отеля. А на пятом этаже так вообще настоящее Какашка-шоу!
– Что?
– Муниципалитет закрыл нас до устранения проблемы. Мы отсылаем постояльцев нахрен в «Фейрмонт» да при этом еще и оплачиваем там их пребывание. Они бесятся, начальство в шоке, но отвечать никто ни за что не собирается.
Я посмотрела на отряд химзащиты:
– А что с Октавией?
– Да что с ней будет? ОЗЖС ее не тронуло, если ты именно это имеешь в виду. Думаю, они просто жаждут подпортить нам имидж. Роксана считает, им не терпится заставить власти города проголосовать за запрет аквариумов в общественных местах.
– И когда его планируют устранить, этот прорыв? – спросила я, прикрывая рукой нос.
– Если сегодня все закончат, к завтрашнему дню обещают все решить и открыть двери для постояльцев. Но по мнению команды уборщиков, это все чушь собачья. Да ты сама погляди.
– Кто сегодня дежурный менеджер?
– Роксана сейчас на парковке, так что… думаю, Тина. Она сейчас рыдает и вопит в служебном офисе, поэтому лично я сделал бы что угодно, лишь бы не попасться ей на глаза. Кстати, ты слышала? У Мелинды ночью начались роды, и сейчас она наверняка уже произвела на свет ребенка. Узнать поточнее я не могу – вокруг царит настоящий хаос.
– Я вижу.
У меня зажужжал телефон, и, когда Чак окликнул кого-то на дорожке, я вытащила его из кармана. На экране высветилось новое сообщение от Дэниэла:
Я быстро отстучала ответ:
Буквально через пару секунд пришел его ответ:
Я уставилась на телефон. Найти Чака? Но почему? Ничего нового, способного прояснить это сообщение, я так и не получила.
– Эй, – сказала я, – мне, похоже, надо с тобой поговорить, да?
Чак повернулся, посмотрел на меня недоуменным взглядом и хлопнул себя по лбу:
– Ах да, чуть не забыл. Дэниэл оставил для тебя что-то в двадцать седьмом ящичке.
– В зоне для персонала? – с бешено заколотившимся в груди сердцем спросила я. – А сам он где-то здесь?
Чак покачал головой:
– Не-а. Он сегодня с самого утра за баранкой минивэна помогал водителю утренней смены развозить клиентов вместе с их багажом. Сейчас, похоже, уже уехал. И мне, кстати, поручено велеть тебе поторопиться, пока он не закрылся.
– Кто не закрылся? – переспросила я. – Отель? А разве он уже не закрыт?
Чак пожал плечами:
– Понятия не имею. Так сказал Дэниэл. А мне что велено, то я тебе и передал.
Мой пульс тут же перешел в форсированный режим, я по-быстрому его поблагодарила и скользнула в дверь служебного хода. Но тут же остановилась, повернулась обратно к дорожке и крикнула:
– Кстати, не зови меня больше Простачком.
Чак удивленно уставился на меня и открыл было рот, но так и не смог ничего с ходу ответить. А шанса подумать я ему не дала. Просто захлопнула за собой дверь и зашагала по отелю.
