– Как бы то ни было, думая об этом, я отыскала карточку Элвиса. Ту самую, помнишь? По сути, в ней говорится расслабиться и идти вперед навстречу приключению. Просто перейти к действию! Рискнуть и отважиться на испытание. Броситься в омут с головой. И тогда я подумала, что… может, слишком заморачиваюсь. В первый день нашего знакомства в ресторанчике мы просто пошли на поводу у собственных инстинктов. И все было просто здорово, пока я не подумала, что мы зашли слишком далеко, не сбрендила и не убежала. Да и Мона постоянно говорит мне расслабиться и наслаждаться текущим моментом, а не забивать себе голову мыслями о будущем, о последствиях и всяких плохих вещах, которые могут со мной случиться. Поэтому нам, вероятно, просто надо предпринять еще одну попытку.
– Какую именно?
– Заняться сексом. На этот раз все будет
Опять молчание. Чирикнула птичка.
Он ничего не говорил, но смущение в его взгляде, обращенном на меня, сказало все, что мне нужно было знать. Я закрыла руками лицо и застонала:
– Теперь, когда эта мысль прозвучала вслух, до меня дошло, каким она выглядит идиотизмом. Прости. Я сама не знаю, что делаю… меня одолела усталость, эта «логика спящих мозгов» никогда не отличалась четкостью…
– Прекрати, Берди. Посмотри на меня. – Он взял меня за руку и потянул на себя, чтобы я подняла на него глаза. – Ты просто сходишь с ума от всего, что я вчера тебе рассказал. Это естественно и нормально.
– Если ты подумал, что я испугалась, то нет. То есть беспокойство конечно же присутствует, но только потому, что для меня это обычное состояние.
Потому что я не справлюсь, если опять кого-нибудь потеряю.
– Но я больше не желаю продолжать так и дальше. Хочу избавиться от всей этой тревоги.
– И поэтому предлагаешь нам опять заняться любовью? Чтобы мы, типа, прошли испытание сексом? Бросились в омут с головой?
– Это сказала не я, а Элвис.
Он почти что засмеялся. Но именно почти.
– Ты ведь знаешь, что в омут бросали и в виде наказания? А раз так, получается, что для тебя без разницы: заняться любовью или подвергнуться суровой каре.
– У меня ничего такого и в мыслях не было!
– Ты хочешь сказать, что если мы займемся сексом и что-то пойдет не совсем так, то на наших отношениях можно будет ставить крест?
– Нет! Но это не должно быть поводом для беспокойства, потому что все будет классно. Как твои суши.
Он нахмурился и искоса глянул на меня.
– От пасты васаби у меня так защипало в носу, что я захотела ее выплюнуть, но потом съела еще чуть-чуть и поняла – это замечательно.
– Понятно.
Он помолчал – достаточно долго для того, чтобы я от смущения съежилась, – и сказал:
– Вчера я рассказал тебе о весьма значимой части моей жизни. Потом сидел здесь и ждал, чтобы ты все переварила. Боялся, как бы ты не решила, что я не стою трудов. Надеялся, что этого все же не случится. А теперь даже не знаю, у меня такое ощущение, будто ты хочешь и того и другого одновременно. Будто стремишься найти выход!
– Нет, этого мне точно не нужно!
– Уверена?
– Я лишь хочу сказать, что, если мы расслабимся и вместе повеселимся, ни тебе, ни мне плохо не будет.
– Иными словами, тебе хочется отношений типа «дружба с бонусами»?
– Нет. Хотя… Нет! – Я подняла руки. – Если честно, я сама не знаю, что делаю. То, что ты мне вчера рассказал, хоть и не должно было меня напугать, но все же напугало. И тогда я подумала, что проблема может заключаться во мне. Что, если бы я пережила тот момент и перестала так осторожничать, у нас бы все получилось. Но истина заключается в том, что я понятия не имею, как поддерживать отношения с другим человеком. Не знаю ни что такое дружба, ни что такое дружба с бонусами, ни что-либо другое. Порой мне кажется, что ты опередил меня на несколько световых лет и с другими девушками у тебя подобных проблем не было.
– Боже правый, Берди. И сколько, по-твоему, их у меня было?
– Не знаю. Я только предположила, что…
– Одна.
– Одна? – переспросила я, до конца ему не веря.
Это же Дэниэл. Очаровательный и прекрасный. Он же общается с окружающими с той же легкостью, с какой дышит. И у него была одна-единственная подружка? Как же так?
– Ее звали Эмили. И что ты хочешь от меня услышать? Что это было здорово? Она… – Он умолк. – Я увлекся ею еще до того несчастного случая. Потом она стала меня жалеть. Нет, я, конечно, ее привлекал, однако присущая ей потребность меня утешать оказалась сильнее, если в этом вообще есть хоть какой-то смысл. Тогда я этого не понимал. Думал, что нравлюсь ей. Представь себе мое удивление когда она, несколько месяцев повстречавшись, переключилась на другого парня, который быстренько привел ее в норму, а мне не оставалось ничего другого, кроме как сидеть с раной в сердце у разбитого корыта, пытаясь не провалиться в очередную черную дыру.
