Разумеется, и эта группа ученых не может отрицать варварского деспотизма, своеволия и жестокости Дионисия I, однако этот деспотизм рассматривается как необходимое средство для того, чтобы сковать «железной цепью» всех эллинов для отражения угрожавшей им опасности порабощения со стороны Карфагена: только благодаря замечательным политическим и военным талантам Дионисия эллинство на западе было спасено. Оба эти взгляда — и либеральный и националистический — отражают лишь узость кругозора их авторов, пренебрегая основными причинами и наиболе характерными особенностями происшедшего перелома.
Внимательное рассмотрение свидетельства Диодора (в XIV кн.) заставляет считать взгляд, по которому Дионисий обладал выдающимся военным талантом, совершенно необоснованным. Говорят, что он впервые выдвинулся за военные заслуги в борьбе за Акрагант, но эта борьба была сплошным поражением сиракузян. Правда, в борьбе 405 — 392 гг. с карфагенянами Дионисий отнял было у них почти всю Сицилию, но, несмотря на превосходство в военной технике (пятиярусные корабли, замечательные стенобитные машины), он принужден был отдать все и отступить к самым Сиракузам, а это свидетельствует об ограниченности его военных дарований. Причиной поражения Карфагена в этой борьбе было распространение в карфагенских войсках какой-то страшной эпидемической болезни,— иными словами, Дионисий был обязан своим спасением счастливому стечению обстоятельств, а не военному таланту. Около 374 г. карфагеняне нанесли Дионисию тяжелое поражение в битве при Кронионе, причем он уплатил контрибуцию в 1000 талантов; в основном был восстановлен status quo ante, продержавшийся затем вплоть до римского завоевания. Оче-
видно, такое разделение Сицилии соответствовало устойчивому соотношению реальных сил; следовательно, вся борьба Дионисия с Карфагеном никаких результатов не дала.
Неверно также, что он поднял «национальное самосознание» греков, научив их гордо противопоставлять себя варварам: это была только демагогическая декламация. В 387 г., когда Дионисий перешел на материк Италии для того, чтобы покорить Регий, не желавший ему подчиняться, он натравил на Регий варварские италийские племена и при помощи их разрушил дотла этот цветущий эллинский город; в самой Сицилии он отбирает земли у греков и отдает их варварам, своим италийским наемникам.
Нельзя согласиться также с утверждением, будто взятие Сиракуз и занятие всей Сицилии карфагенянами означали бы «гибель эллинства на Западе». В IV в. карфагеняне были уже в значительной мере эллинизированы, и процесс их дальнейшей эллинизации шел быстрым темпом. Положение греков под властью карфагенян не было тяжелым: как мы видели, греческие демократы постоянно прибегали к помощи карфагенян, заключали с ними военные договоры и сражались в их рядах. Наш единственный источник по этому вопросу Диодор, писавший в I в.^о н- э-> хотя и был (как это естественно для его времени) сторонником объединения эллинов для борьбы с варварами, тем не менее (очевидно, вслед за Тимеем), видел причину того, что Дионисий выступил против карфагенян, также в фактах, имеющих очень мало общего с борьбой за спасение эллинства: «Дионисий, — замечает он, — видел, что некоторые
из эллинов, живущих под его властью, перебегают на сторону карфагенян и переносят туда и свои города и свое имущество» (XIV, 41).
Для этого, впрочем, не нужно косвенных свидетельств. Диодор (XIV, 65 — 69) в речи борца за свободу Сиракуз Феодора нарисовал яркую картину положения вещей в Сицилии, дав сравнительную характеристику греческой власти (т. е. господства Дионисия) и власти карфагенской. «Карфагеняне, если даже побеждали в войне, довольствовались тем, что брали с нас умеренную дань и не мешали нам жить в нашем государстве по нашим отцовским законам; Дионисий же грабит храмы и отнимает имущество честных людей вместе с их жизнью... Все те ужасы, которые происходят при взятии городов, он учиняет в мирное время. Для нас гораздо важнее, чем положить конец войне с финикиянами, положить конец тирану, находящемуся в наших стенах». Затем Феодор перечисляет разрушенные и разграбленные Дионисием города; некоторые из них по уничтожении их греческого населения Дионисий заселил варварами.
Ср. мое предисловие к «Избранным биографиям» Плутарха (М.; Л., 1941. С. 7-9).
В той же речи Феодора убедительно показано, что борьба «за эллинизм» «против варваров» была в руках властолюбивого и хищного Дионисия и стоявших за его спиной грабителей только демагогической фразой для отвлечения внимания народа и для подавления оппозиционных течений: «Каждый раз, как после
