Тот, молча, подаёт мне требуемое. Автомат вроде обычный. Семдесят четвёртый АКС но, его сложно узнать, тюнингован сильно. Под стволом фонарь, на газовой трубке установлен коллиматорный прицел. Дульный тормоз-компенсатор, вообще какой-то футуристичный, приклад складной, но не та стандартная рамка, а пластиковый, как у американцев. Магазины спаренные, какими-то специальными пластиковыми клипсами скреплены. Никогда таких не видел. В кино обычно показывают, как бойцы, синей изолентой их попарно, скручивают. Век живи, век учись.
- Спасибо старлей, но 'бластер' твой, мне без надобности. Стрелок я хреновый, а в упор и 'ксюхи' за глаза.
- Ну, сам смотри. Ты главное дочь спаси. Красивая поди?
Киваю. А сам ведь даже не видел её давно. Но какой отец скажет, что у него дочь не красивая? Собственная дочь, всегда красивее всех. По-другому и быть не может.
- Ты погоди, я сейчас. - Старлей срывается с места и подбегает к БТР-у. - Эй, в танке! А ну выгляни в окошко.
Сверху открывается люк.
- Чего тебе?
- Подкинь с десяток пачек патронов.
Выглянувший из люка капитан, вопросительно смотрит на полковника. Тот кивает, а Аганесян, суёт приятно тяжёлые пачки мне.
- На. Мало ли. Лишними тебе точно не будут, раз стрелок не очень.
- Что за маркировка? - Спрашиваю, разглядывая чёрную полоску на упаковках. Одна из них чуть надорвана и на кончиках пуль, что видно через прореху, тоже чёрная краска.
- Бронебойные это, - поясняет Генадий, - ты вот что, Петро. - Он указывает на машину. - Кликни людей, пусть помогут тачку разгрузить, а я Серёгу отвезу, куда скажет.
Простились быстро. Пожал руку Витале. Кивнул Зинаиде Павловне и остальным. Уже в машине, Генадий сказал:
- Ты на Петруху, зла не держи. Он мужик хороший. Я его сто лет знаю. Не раз спину друг другу прикрывали и последнюю краюху хлеба ломали. Это он так своеобразно заботился. Пытался задержать. Плохого не хотел. Поверь.
- Да забыл уже.
- Ну и молодец. А ты вот что. Давай договоримся так. Сходишь за дочерью и назад вернёшься. Нам всем теперь лучше вместе держаться. Потом меня найдёшь. Должник я твой. А долги, я привык отдавать. Ты извини, сейчас мне нечем отблагодарить зато, что семью мою выручил. Можно б было конечно Петруху тряхнуть. У этого куркуля все, что хочешь найти можно, да тебя поднатаскать не мешало бы. Но ты ведь ждать не будешь?
- Нет.
- Понимаю. Я бы тоже не смог ждать. Потому и говорю. Вернись обязательно!!! По рукам?
- Добро. Постараюсь вернуться.
- Ты не постарайся, а вернись. Подозреваю, что вот эту приблуду на автомат и кишкорез сам делал. Верно? Ты кто по образованию?
- Механик торгового флота. Вторым был. Давно.
- Вот! Такие люди как ты, нам сейчас во как нужны. - Стучит ребром ладони по горлу. - Почти уверен, что среди выживших, по закону подлости, умеющих работать руками, будет меньше всего. С них толку...., сам понимаешь, одна говорильня. Хорошо если хоть половина из них армию прошла. Сейчас ведь это не модно уже. Ты сам-то служил?
- Стройбат. Оператор БСЛ. Рядовой.
Генадий ржет.
- Тем более. Самые страшные войска, вам же даже оружия в руки не давали, потому что сущие звери. - Помню, был такой анекдот. - Короче, удачи тебе Сергей. Но повторяю, вернись! Это приказ. Я старше по званию. Имею право. Заодно пузо растрясёшь и округу разведаешь.
Пока говорили, добрались по объездной трассе до бухты Тихой. Дальше ничего не было, только огрызок очередной развязки торчит над морем.
- Смотри Серёга. Вон там, видишь? Рифовая гряда. По ним дойдёшь до материка. Если это он. Ну, а дальше уже, ты и сам знаешь куда идти, раз говоришь что чувствуешь.
- Знаю.
- Тогда до встречи. И не забывай, что обещал.
