Он скрылся в подсобном помещении. Это какой же Слесарек, подивился я. Тот самый, надо полагать, Слесарек? Эк куда нашего генерала занесло! Оно и понятно: высокая трибуна есть, а зрителей внизу почему-то нет, и как только не станцуешь, чтобы на тебя пришли и посмотрели. Как только не выгнешься, чтобы слизнуть с карниза хоть каплю народной любви...
- Предпочитаю русское пОрно, - сообщил мне мужчина. - С таким надрывом делают, как в последний раз. Загадочные люди.
- Вы искусствовед, - догадался я.
- Нет, я из другого полушария прилетел. Не заснуть никак, у нас разница в шесть часов. И потрепаться не с кем, все вымерло. Детское время, и уже никого... Ненавижу коммунистов, - неожиданно закончил он и запихал виноградную гроздь в рот целиком, вместе с черенком.
Провокация, с удовольствием расслабился я. Проверка рефлексов. Ну проверяйте, проверяйте... Человек-Другого-Полушария профессионально работал челюстями, с хрустом перемалывая все живое, а на лбу его, озабоченно сморщенном, пылала одна-единственная мысль: в раю нормальным людям делать нечего.
- Казино прикрыты, - снова заговорил он. - Говорят, азарт, алчность, плохо. Местные не хотят этим бизнесом заниматься, а иммиграция вся поголовно с ума сошла. И еще - жуткая проблема с женщинами. Женщины здесь не продаются. Просто беда какая-то. Где это видано, чтобы женщины не продавались? А ведь какое было местечко. Я каждый сезон сюда приезжал, отводил душу.
Появился бармен, выложил перед ним два шара с заказанными порнокомиксами и учтиво спросил:
- Еще не забыли, как шаркодер к объемнику подключается?
Любитель русского порно нетерпеливо махнул рукой.
- Пытался сегодня попасть в коммуну Юных Натуралистов. Ну, то есть к хрусташам. Про растительный секс слыхали? Говорят, это что-то!.. - Он непроизвольно облизнулся. - Любовь на деньгах, на хрустящих банкнотах, волнующе шелестящих под тобой. В роскошном зале - все вместе, как волны в море... Так что бы вы думали? Всех желающих, оказывается, тестируют! Снимают психо-эмоциональные показатели, какой-то "групповой совместимости" добиваются. Как будто в дальнюю экспедицию отбирают, кретины.
- Вам отказали? - сочувственно сказал я, бездумно качаясь на табурете.
- Да, настоящие парни им не нужны. Я этому продавцу газет чуть рыло не начистил... а сначала деньги ему совал, уродцу недобитому, и хорошие деньги...
- Какому продавцу?
Он хихикнул басом, окинув меня стеклянным взглядом.
- Что, тоже захотели попробовать? На площади возле Госсовета есть лоток с газетками и другой чушью. Продавец там - из хрусташей, посредник-координатор, к нему и обращайтесь. Только особенно губу не раскатывайте, среди этих "натуралистов" не так уж много юных, одно название.
Вот и еще тайночка раскрылась, мельком отметил я. Понятно теперь, почему тот симпатичный продавец газет, желающий слиться с природой, так перепугался, когда увидел серьезных мужчин в пиджаках, понятно, почему он изувечил свой электронный блокнот. В блокноте, конечно, были сведения об участниках ночного сборища.
- С вас шестнадцать динар, - напомнил бармен.
Мой собеседник брезгливо ополоснул пальцы в аквариуме, смывая виноградный сок, положил деньги на стойку и рассовал шары по карманам.
- Вы, я вижу, тоже маетесь, - проницательно заметил он. - Как насчет партии в нарды?
- Я в душе беспартийный.
Мелко вру, поморщился я. Зачем? Некоторые считают меня настоящим коммунистом и, надеюсь, они правы. Другие шепчут в расставленные по углам уши, что я - неправильный коммунист, и, надеюсь, они тоже правы...
- Ну, давай не в нарды. Придумаем что-нибудь. - Мужик широко оскалился и вытер рот ладонью. Здоровенная у него была ладонь, рабочая. - Скучно здесь, приятель.
- Скучно-то оно скучно, - согласился я. - А кто виноват?
- Я знаю, ты из России, - сказал он, разглядывая костяшки пальцев. Русских я тоже ненавижу. Только без обид. Вы все - коммунисты, даже те, которые порно под полом снимают. Замусорили планету своими идеями.
Человеку ужасно хотелось подраться. Он уже слез с табурета, готовый, заряженный, увесистый, как ядро в пушке, но у меня на сегодня были другие планы.
- Как насчет французов? - поинтересовался я. - Свобода, равенство, братство - их идейка. Или вот такое мнение есть, что коммунизм - это исключительно еврейская выдумка, от которой Россия больше всего и пострадала.
Он сморгнул.
- Я парень без поворотов и закорючек, - сказал он угрюмо. - Не надо делать из меня расиста. Я спросил, что вы с этим городом сделали, а они мне тут... - Собеседник грозно набычился. - Сначала отняли жмурь. Ну, это понятно. Ненавижу полицию! Отняли нормальную выпивку, нормальную жратву. Нормальных девок заменили любовью к ближнему, а теперь пытаются отнять и деньги. Одно море и осталось...
Он скверно засмеялся и пошел прочь, заметно косолапя.
- Эй, приятель, - послал я ему вслед. - Зачем приехал, если ничего здесь не нравится?
Он обернулся.
- Люблю ненавидеть. Хорошо ненавидеть, где все друг друга любят.
Явно не турист, равнодушно подумал я. ТАКИЕ туристы сюда и впрямь больше не ездят: скучно им здесь...
