Здесь Рома был прав. Если отбросить предрассудки, жить можно было совершенно спокойно на улице. Ну да, не очень комфортно. Но, с другой стороны, можно подушку и матрас купить — тогда вообще нормуль.
Я долго смотрел Роме в глаза. Он столь же долго выдерживал мой взгляд. Пришлось мне сдать назад. Да и хер с ним, не больно-то и хотелось на него шестьдесят кровных косарей тратить.
— Ладно! Эй, Иствуд! Хорош там ерундой заниматься, иди сюда ерундой заниматься. Колюнчик, поиграй пока сам, лады? А потом мы с тобой... Эм... Блин, чем вообще с детьми занимаются? О! Точно. Потом мы с тобой пойдём к дяде Дону, и он нас в квест возьмёт. Очень-очень интересная игра, понимаешь?
— Игла, — подтвердил Коля и изобразил радость.
— Но сначала надо посидеть тихонько, не мешать дядям страдать ху... Эм... Не мешать дядям, в общем. Понял, да?
— Холосо, — с серьёзным видом кивнул Коля и шлёпнулся жопой на фундамент.
Я улыбнулся ему, как мог доброжелательно.
— А ничё, ловко у тебя получается, — заметил Рома. — Так это... Где репать-то?
— Здесь.
— Здесь?!
— Здесь, Рома. Я сказал, у тебя дома — значит, будет у тебя дома. Мёрдок слов на ветер не бросает. Доставай барабаны.
Я поставил перед собой стойку, закрепил на ней микрофон, сыграл пару аккордов, поорал в микрофон гроулингом. Очень хорошо. Опен эйр, мать его. Вокруг уже начали собираться любопытствующие.
— Блин, фигня какая-то, — пробормотал Рома, уже сидя за установкой.
Иствуд подёргал струны басухи.
— Ансамбль «Благодарные мертвецы» к стрельбе готов, — удовлетворённо сказал я. — Ну, три-четыре, раз-два — погнали!
Я решил немного пошалить и сыграл гитарную партию в примитивном панковском ключе. Очень даже ничего так получилось. Иствуд, правда, с перепугу накосяпорил, но быстро врубился в тему и реабилитировался.
Я всё ещё не отдавал себе толком отчёта в том, какую группу хочу. Точно — музыкальную. Но вот что конкретно лабать?.. Отправной точки не было. Не было песен, которые мне бы прям хотелось-прехотелось исполнить, не было жанра, в котором мне бы прям хотелось-прехотелось играть. Я знал, что хочу и должен быть рок-звездой согласно пророчеству, вот и всё. Поэтому всё, что нам оставалось, это фигачить и фигачить, ожидая, пока что-то нас всерьёз не зацепит.
— Эй, Мёрдок, а ты не охерел? — окликнули меня, когда мы доиграли.
— Не, — обернулся я. — А ты?
Играя, я стоял к группе лицом, чтобы видеть лажи обоих и подстраиваться. За спиной же у меня, на дороге, собралась целая гурьба из невесёлых рыцарей. И даже тот бородатый маг из недавних среди них затесался.
— Ты спросил, кому-то интересно тебя слушать вообще? — продолжал воин.
Он не был таким здоровенным, как Дон или Коля. Телосложением, наверное, как я. Подклассы у воинов тоже разные, характеристики и телосложение от этого зависят. Конкретный персонаж наверняка резкий, как понос. Оттого и наглый.
— Прошу прощения, сэр, — сказал Иствуд. — Мы действительно были неправы...
— Заткнись, — велел я ковбою и повернулся к недовольному. — Слышь, ты, задротина. Если мне понадобится когда-нибудь мнение публики о том, что я делаю — я подойду и спрошу у тебя первого. А до тех пор — не е*и мне мозг своим присутствием во вселенной, исчезни.
Толпа малость охерела. А я внезапно вспомнил, что у меня на кармане без малого двести косарей. А деньги, говорят, у трупов первым делом вываливаются. Ё-ё-ё-ё* твою мать... Штраф — полтинник, а остальное — бонус ребятам за подвиг. По ходу, надо будет бежать. И — быстро. А какой с меня бегун? А херовый. А этот, у которого ник над башкой — Diamond — как я уже упомянул, наверняка в скорость вкладывает всё, что можно.
Рома прибрал барабаны в инвентарь и героически встал рядом со мной, сунул руки в карманы и сплюнул через плечо. Иствуд, с едва различимым вздохом, тоже сделал шаг в нашу сторону и положил ладонь на рукоять револьвера.
Страсти накалились. Револьвер — всё же сильный аргумент. Ваншот никто не отменял. А у Иствуда этих ваншотов — шесть штук только в барабане. А с какой скоростью перезаряжает — тоже вопрос интересный. Против нас же собралось — десять человек. Колдун перехватил посох, напрягся.
— Вы чё, нубьё? — Даймонд, по ходу, ушам и глазам не верил. — Вы чё, уровень смотреть разучились?
— Ну, вижу я твой двадцатый уровень. И чё? Хочешь, я тебе свой член покажу — ты охереешь?
— Да, прошу прощения за то, что изначально повёл себя неправильно, — сказал Иствуд. — Позвольте переиграть. Этот город слишком крут для таких, как вы, парни. Но я позволю вам уйти живыми, если уложитесь в десять секунд. Время пошло.
Это он, конечно, перегнул — никуда они из этого города уйти не могли, тем более — живыми. Но время — время действительно пошло.
— Да клал я на этот штраф, — сказал Даймонд, покрылся серебристыми доспехами и рванул ко мне с мечом в руке.
Я вспомнил, что и у меня есть меч и доспехи, накинул это всё. Краем глаза заметил, что Ромыч тоже приоделся. Он ведь по квестам бегал — следовательно, чем-то там квестил, не хреном же демонов забарывал.
