...Женька поглядывал в окно - в разбитом стекле застряла компьютерная клавиатура, столь удачно воплотившая отвлекающий маневр компьютерного старшего лейтенанта. Дальше виднелась стартовая площадка, погнутое ограждение, неподвижные тела... Еще дальше торчали ангары, рядом угадывалось шевеление. Перестраиваются, засранцы. В лоб на автомат не пойдут, скорее в обход двинут. Позиция неудобная, сзади вплотную могут подобраться... Да кто они вообще такие?
- Ага, сука! - Гавриков с удовлетворением бросил выполнившую свое предназначение ножовку. - А хорошее полотно. Умели делать.
Женька положил на стол ПМ и запасной магазин:
- Вооружайся и делаем ноги. Пока забор с тылу не перекрыли. У нас еще немец довеском. Он, засранец, костистый.
- Жив? А ребята? Мне показалось, вас всех как в тире...
- Почти. Их - наповал. А немец спит. Он важный. В смысле, нужный.
- Жека, аппаратуру нельзя оставлять. У этих на нее планы, - старлей-расчетчик показал пистолетом куда-то за спину.
Женька глянул на съежившегося штатского - тот умоляюще поднял руки еще выше. Да что он все своими лапами взмахивает? Кстати, странные они у него...
...Больших пальцев на обеих руках нет. Лишь обрубки дергаются. Ага, вот оно как...
- Знаешь, кто это? - пробормотал Гавриков.
- Догадываюсь.
Старлей-расчетчик быстро вскинул пистолет и выстрелил во вскрикнувшего человечка. Пробитую голову толкнуло в угол, забрызгало светлый кирпич, человек сразу вытянулся, стал крупнее.
- Их сразу нужно. Без жалости, как бешеных собак, - сказал Гавриков.
- Ладно. Готовь аппаратуру в металлолом, да попробуем прорваться.
Видимо, к переводу стартового комплекса в разряд металлолома опытный расчетчик готовился, поскольку сразу полез под стол и начал вырывать провода. В стекло звякнула пуля, клюнула стену. Бойцы Отдела "К", пригнулись. Обеспокоенный Женька высунулся за дверь, заволок внутрь штурмбанфюрера. Визе открыл глаза, поинтересовался:
- Wer ist das?
- Замри, - посоветовал Женька по-русски.
Догадливый доктор прикрыл глаза.
Раздавливая на полу ценную плату, Гавриков заметил:
- А почему такой хлипкий немец? Он же вроде "о-го-го" должен быть?
- Маскируется. Ты давай, не отвлекайся. Время - деньги.
- Не уйдем мы, Жека. Их тут что юнитов в дурной игрушке. Батальон формируют. Львовская нацгвардия. Оружия маловато, зато энтузиазма - хоть жопой ешь. Я их митингов наслушался...
- Нифига я не понял что вы тут такое заварили, да и ладно. Наша задача ясна, ее и выполняем.
- Кто спорит, - Гавриков, сидя на корточках споро снимал жесткие диски сервера...
По стенам вновь стукнули пули. Это из "мосинки", что ли?
- Я на крышу, - вздохнул Женька. - Держимся, может из города милиция-полиция какая нагрянет. Или из аэропорта...
- Не подойдут. Тут у них все круто изменилось...
- Я уже догадался. За фрицем следи. Скользкий. Что бы тут не менялось, герр Визе следует в Отдел. Или никуда не следует. Но это, естесно, если до самой жопы досидимся.
- Найн, - прошептал догадливый штурмбанфюрер. - Найн...
От ангара постреливали, но неубедительно. Видимо, и стволы не те, и не успело осмыслить ситуацию черномордое воинство. Женька, кряхтя, забрался на крышу "стекляшки". Столбы рядом с редутом были сложены, бочки со старой краской: материалы иные, а атмосфера та же - военно-неустойчивая. Будто и не миновало семь десятков лет. Земляков прополз по старому, в кляксах смоляных заплат, рубероиду, занялся наблюдением.
У ангаров продолжали мелькать суетливые фигуры. Стукнул очередной выстрел - вздрогнула прошитая насквозь жесть забора. Да, с этим ограждением неудачно выходит: подберутся вдоль него к редуту, это уж точно. Приглядывая за обстановкой, младший сержант дозарядил "рожок" автомата. Осталось еще четыре лишних патрона - роскошь неимоверная.
Донеслось урчание мотора - мелькнул за ангаром подъехавший микроавтобус, за ним легковушка. Надо полагать, не диетический обед черноголовым оралам привезли. И дождик начал накрапывать. Пустырь за забором крепко запах влажным бурьяном, дикостью первобытной, а дальше во влажной дымке угадывались дома.
- Красивый город, да дуракам достался, - пробурчал Евгений Земляков.
Промокала гимнастерка на спине стрелка, и ждать когда полезут, становилось невмочь. Голова ушибленная болела сильнее, остальные побитые части тела дружно решили о себе напомнить. С левой ногой вообще глупо: пистолетная пуля каблук сапога ковырнула, практически оторвала. Ступать неудобно, контуженую пятку саднит - ну все как обычно у везучего толмача. Да когда ж они полезут, сволочи?!
