— Здесь, на Лысой горе, и не такое бывает. А всё потому, что именно тут на дне высохшего озера находилось раньше и до сих пор находится капище Велеса.
— Велеса? — недоумённо переспросил похожий на кролика лопоухий мужчина в очках. — А разве не Перуна.
Капище Перуна расположено на вершине горы, и мы обязательно на нём побываем, — ответил гид, — а сейчас мы с вами спустимся на дно озера, где находится капище Велеса.
Обогнув плакучую иву, склонившую зелёные ветви до самой земли, экскурсанты спустились вслед за гидом в котлован, сплошь заросший сухим метровым тростником и очеретом. Сизые метёлки на иссохших стеблях, доходивших кое-кому до плеч, колыхались под ветром, создавая иллюзию волн камышового Чермного моря, которое расступилось перед Моисеем, чтобы пропустить идущих вслед за ним иудеев.
— А представьте, что иногда, — обернулся к экскурсантам идущий впереди гид, — это озеро превращается в огненное озеро.
— Как это? — ужаснулась шедшая за ним крутобокая женщина с огромными, как у коровы, выпученными глазами.
— Вообще-то, такое происходит тут каждый год. Ранней весной приходят сюда какие-то люди или
— Ужас какой! — всплеснула руками дама в очках.
— Поджигают тростник и в высохшем озере. Дно котлована при этом обнажается, и в дальнем углу сразу же становился заметным деревянный идол Велеса, поставленный здесь язычниками несколько лет тому назад.
Экскурсанты посмотрели в ту сторону, куда показывал гид, и увидели на краю котлована у самого подножия утёса врытого в землю деревянного истукана. Потемневший от времени идол с рожками на голове не производил особого впечатления. Гораздо впечатляющим был рассказ гида, которого они обступили со всех сторон.
— В древнем языческом Киеве также соблюдалась подобная иерархия. Среброголовый златоусый идол громовержца Перуна, как верховного божества, стоял на вершине Старокиевской горы возле княжеских чертогов, а рогатый идол Велеса, покровителя волхвов и колдунов, располагался в низине у реки Почайна на Подоле, где проживал торговый люд. Таким образом подчёркивалось противостояние двух сводных братьев. Купцы почитали Велеса, как бога богатств, и называли его «скотьим», то есть звериным богом, поскольку он был богом-оборотнем и был связан с подземным, подводным и загробным миром. Числом Велеса считалась шестёрка, а символом — Велесов щит в виде шестиконечной звезды. Хозяин Нави мог принимать любые обличья. Чаще всего он выступал в трёх ипостасях — в облике змея, медведя и тельца. Благодаря рогам тельца он и изображается везде рогатым. Кстати, именно Велесу, как золотому тельцу и поклонялись одно время иудеи, пока их пророк разглагольствовал на горе Синай с его сводным братом. Чем закончилось это поклонение, вы все прекрасно знаете.
— Ну, да, — ответил похожий на кролика лопоухий мужчина в очках. — Моисей разбил скрижали и истребил большинство из тех, кто поклонялся идолу.
— Но первым делом он сжёг в огне самого тельца, стёр его в прах и развеял по воде, что, впрочем, не помешало богу-оборотню тут же появится в образе змея. Кстати, в этом облике Велес много раз был замечен и в Русалочьем озере.
— Так вот почему у здешних русалок хвост был не рыбий, а змеиный, — догадалась Лада.
— Именно поэтому, — усмехнулся гид.
Четверть часа спустя группу экскурсантов на берегу высохшего озера сменили две светловолосые девушки в красных юбках и в белых сорочках. С тревогой оглядывая тростниковые заросли, Жива громко позвала пропавшую на горе девочку и прислушалась: никто ей не отозвался.
Тропа, ведущая направо, в самом начале пути была перегорожена упавшим ясенем. Довольно широкий в обхвате, он был надломлен, как спичка, в метре от земли. Ощерившись в надломе, дерево будто специально преграждало дорогу, чтобы никто по ней не ходил. Более того, вдали на тропе виднелось ещё одно поваленное дерево — надломленная акация.
— А эта тропа куда ведёт? — спросила Майя.
— В Ведьмин яр, — глухо ответила Жива.
Переступив поваленную акацию, Майя с Живой зашли в тенистый яр. Шум от шоссе в этом тенистом зелёном коридоре стих в несколько раз. Жива остановилась и, слегка поклонившись, обратилась к горе, как к живому человеку:
— Девичья гора, можно к тебе?
Девушки замерли и прислушались: ничего, никакого знака. Как вдруг где-то рядом звучно отозвалась
— Можно, — кивнула Жива, — пошли. Нам нужно сейчас набраться силы — на нашем
24. Киевская Голгофа
Несмотря на то, что на Лысой Горе не видно ни оградок, ни крестов, она представляет из себя сплошное кладбище. Более того, в некоторых местах останки лежат тремя пластами.
