Лысая певица — это первая пьеса Ионеско. Премьера ее состоялась в 11 мая 1950, в парижском «Театре полуночников» (режиссер Н.Батай). Весьма показательно — в рамках эстетики абсурдизма — что сама лысая певица не только не появляется на сцене, но в первоначальном варианте пьесы и не упоминалась. По театральной легенде, название пьесы возникло у Ионеско на первой репетиции, из-за оговорки актера, репетирующего роль брандмайора (вместо слов «слишком светлая певица» он произнес «слишком лысая певица»). Ионеско не только закрепил эту оговорку в тексте, но и заменил первоначальный вариант названия пьесы (Англичанин без дела).Ионеско написал свою «Лысую певицу» под впечатлением англо-французского разговорника: все знают, какие бессмысленные фразы во всяких разговорниках.
Действующие лица:
Г-н Смит.
Г-ж а Смит.
Г-н Мартен.
Г-ж а Мартен.
Мэри,
Брандмайор.
Типичный английский интерьер. Английские кресла. Английский вечер. Г-н Смит, англичанин, сидит в английском кресле и в английских тапочках, у английского камина, в котором горит английский огонь, курит английскую трубку и читает английскую газету. На нем английские очки. У него седые английские усы. Рядом с ним в другом английском кресле сидит г-жа Смит, англичанка, и штопает английские носки. Абсолютное английское молчание. Английские настенные часы бьют по-английски семнадцать раз.
Г-жа Смит. О, девять часов. Мы съели суп, рыбу, картошку с салом, английский салат. Дети выпили английской воды. Сегодня мы хорошо поели. А все потому, что мы живем под Лондоном и носим фамилию Смит.
Картошка с салом очень вкусна, и масло в салате было свежее. Масло из лавки на углу лучше, чем масло из лавки напротив нас, и гораздо лучше, чем масло из лавки в конце улицы. Однако я вовсе не хочу сказать, что у них плохое масло.
Но все же масло из лавки на углу самое лучшее.
Сегодня Мэри хорошо пожарила картошку. А в прошлый раз она ее не дожарила. Я люблю прожаренную картошку.
И рыба была свежая. Пальчики оближешь. Я подкладывала себе два раза. Нет, три. Из-за этого приходится чаще ходить в туалет. Ты тоже подкладывал себе три раза. Но в третий раз ты положил меньше, чем первый и второй. Я же положила себе гораздо больше. Сегодня я ела больше, чем ты. Как же это получилось? Ведь обычно ты ешь больше меня. У тебя завидный аппетит. Суп был немножко пересолен. В нем больше соли, чем в тебе. В нем и порея было слишком много, а луку мало. Жаль, что я не велела Мэри добавить немножко молотого аниса. В следующий раз придется проследить самой.
Нашему мальчугану хотелось выпить пива. Подрастет — будеть дуть его, как ты. Ты видел, как он смотрел на бутылку? А я налила ему воды из графина. Ему хотелось пить, и он ее выпил. А Элен похожа на меня: она хорошая хозяйка, экономна, играет на фортепьяно. Она никогда не просит английского пива. Совсем как наша малышка, которая пьет только молоко и ест только кашку. Сразу видно, что ей только два года. Ее зовут Пегги. Торт с айвой и фасолью получился замечательный! Может быть, к десерту и не хватило австралийского бургундского, но я его не стала подавать, чтобы не делать из них гурманов. Их надо приучать к умеренности и строгости.
У миссис Паркер есть знакомый румынский лавочник, которого зовут Попеску Розенфельд. Он прекрасный специалист по йогурту. Он недавно приехал из Константинополя, где закончил Андрианопольскую школу по изготовлению йогурта. Завтра я куплю у него большой горшок румынского народного йогурта. У нас под Лондоном такое увидишь не часто.
Йогурт хорош для желудка, почек, аппендицита и апофеоза. Так говорит доктор Маккензи-Кинг, который лечит детей наших соседей Джонсов. Он хороший врач. Ему мы можем доверять. Он прописывает только те лекарства, которые испробовал на себе. Прежде чем сделать операцию печени Паркеру, он сделал такую операцию себе, хотя и не был болен.
Г-н Смит. Тогда как же получилось, что доктор жив, а Паркер умер?
Г-жа Смит. Для доктора операция прошла удачно, а для Паркера нет.
Г-н Смит. Значит, Маккензи плохой врач. Или операция должна быть удачной для обоих, или оба должны умереть.
Г-жа Смит. А почему?
Г-н Смит. Уж если врач с больным не могут выздороветь вместе, то добросовестный врач должен умереть вместе с больным. Капитан должен тонуть вместе с кораблем, а не оставаться в живых.
