Каким-то чудом парень увернулся от атаки меча и ударил его в середину кирасы, голым кулаком. Эта атака выглядела настолько нелепо, что отец семейства- Генри Эммот на секунду застыл и открыл рот от удивления. Но то, что произошло дальше, повергло его в настоящий шок. Металлическая кираса рыцаря, словно яичная скорлупа вдавилась внутрь крепкого мужчины и вместе с его внутренностями и позвоночником вылетела из разорвавшейся, словно бумага, задней стенки кирасы.
Убийственный удар сопровождался звуком лопнувшего металла и хрустнувших костей. Словно гигант, сокрушивший противника, ударом огромного молота, парень, ударом кулака разорвал в клочья тело, нависшего над ним противника. Оторвавшиеся от тела руки, разлетелись в разные стороны, все еще судорожно сжимая меч и щит. Оказавшись без туловища, голова убитого мужчины упали на землю к повалившимся ногам.
Генри Эммот думал, что рыцари с эмблемой Империи Бахарут на щитах- то зло, от которого нужно спасать его семью, но увидев шокирующую сцену, упал на колени перед незнакомцем. Страх сковал его тело, и он не мог произнести ни слова. Он просто дрожал, пытаясь заставить свое горло выдавить мольбу о пощаде. Младшая из дочерей- Ниму, вскрикнула и отвернулась, прижавшись лицом к бедру своей матери. Облако ошметков, разлетевшихся по округе, привлекло внимание рыцарей на деревенской площади. Никто из них не видел, что случилось с их товарищем, и поэтому несколько из них, решительно двинулось навстречу лысому парню в шортах и крестьянской семье за его спиной. Семья Эммотов, забыв о побеге, замерла на пороге своего дома. Они боялись сдвинуться с места. Первой в себя пришла, старшая из дочерей.
-Спасите нас, господин,- опустившись, как и отец на колени, дрожащим голосом попросила она.
Выйдя из оцепенения, к ней присоединилась ее мать. Отец семейства, наконец, совладал со своим горлом и смог выдавить: "Нижайше прошу, господин". Сайтама не знал, как реагировать на поведение людей перед ним. Они вели себя так, как будто он сделал что-то для них. На самом деле он защищал себя. Он действовал почти автоматически. Рука сама выстрелила навстречу атакующему врагу, когда он услышал оскорбления в адрес лысины. Он оглянуться не успел, как кишки противника разлетелись по округе, и сейчас брезгливо смотрел на свою правую руку, по локоть измазанную в крови и чем-то еще.
Тут на парня навалились сомнения. Имел ли он право убивать человека? Он привык сражаться против монстров и чудовищ, которые, не таясь, демонстрировали миру свои кровожадные намерения, а людей, даже убийц, вроде как, по уставу ассоциации героев, нужно было отправлять в тюрьму. Но в этой деревне люди вели себя очень странно. Он как будто попал на страницы исторического романа, рассказывающего о жизни в средневековье. И, тем не менее, он легко понимал слова, сказанные местными людьми, а они понимали его. Желая узнать мнение аборигенов, Сайтама спросил:
-Я не нарушил закон, убив этого человека?
-"Нет!" "Нет, господин!" "Вы поступили правильно. Рыцари Империи Бахарут враги и находятся тут незаконно",- заговорили в разнобой Эммоты.
"В таком случае, наверно, меня не посадят в тюрьму, если я разберусь с этими бандитами",- подумал Сайтама. Он решил вмешаться в сложившуюся в деревне ситуацию и мысленно убеждал себя, что поступить так с убийцами беззащитных людей, будет справедливо. Но, не успев сделав и пару шагов навстречу врагам, он заметил приближающегося к деревне монстра. Он никогда не видел ничего подобного. Монстр выглядел, как огромный скелет в покрытых шипами и струящихся черной дымкой доспехах. В одной руке он держал полутораметровый фламберг, а в другой, огромный ростовой щит. Кроме огромной силы, внушаемой монстром великаном, красные огоньки, горящие в пустых глазницах его черепа, излучали жгучую ненависть ко всему живому, внушая страх.
Даже Сайтама почувствовал себя неуютно под взглядом этого монстра, а крестьяне и вовсе пришли в ужас. "Нежить!"- в один голос выкрикнули они, и в панике кинулись назад в дом. Заперев дверь, люди забились в дальний угол дома, прижимаясь друг к другу, и пытаясь сохранить свой рассудок, пришедший в смятение от пережитого ужаса. Это было и к лучшему. Сайтама не любил, когда на поле боя находились люди. Они сковывали его свободу и лишали возможности маневра. Почти каждый монстр, не обделенный интеллектом, сразу брал людей в заложники, если осознавал, что по-другому от Сайтамы не спастись.
