Вперед выслали разведчиков. Воины ближнего боя из числа авантюристов шли в авангарде. За ними следовал Газеф, заклинатели из авантюристов и от короля. Строй «армии» замыкали жрецы и друиды. Гномий король и его свита спустились в шахту последними.
Ширина тоннеля не позволяла полноценно использовать численное преимущество ни одной из сторон, поэтому после десяти минут похода, Газеф перевел часть жрецов из хвоста во вторую линию. Поддержка сдерживающей монстров линии была в приоритете.
Тактические ухищрения воина-капитана оказались излишними. На протяжении десяти часов пути по тоннелю им так и не встретилось никаких врагов. Ровный и совершенно пустой тоннель, ведущий к бывшей столице Гномьего Королевства, был щедро измазан чьей-то кровью, но самих тел в нем не осталось. Скоро впереди должна была показаться центральная пещера. Сохраняя построение, утомленные многочасовым переходом люди, остановились на отдых и ночлег. Используя ящики с запасами еды и воды, забаррикадировали проход и выставили караульных.
Ничего не предвещало беды, пока в темноте не показались два красных светящихся огонька.
Ивилай не участвовала в военном походе. Заклинатель без маны в бою бесполезен. После болезненной передачи магической энергии, девушка не могла даже самостоятельно стоять на ногах. На поверхность её вытащили гномы. Энекинскайволкер и тройка его сородичей с радостью покинули пугающие кваготами и нежитью подземелья.
Ивилай сразу заснула, она даже не стала снимать позорно обмоченную из-за госпожи Фубуки одежду. Девушке было все равно. По сравнению с болью, что ей пришлось пережить, все вокруг меркло. Долгий сон был крепким и целительным. Когда утро плавно перешло в полдень, запас манны заклинательницы восстановился, и как оказалось, вовремя.
Из шахты торгового поста на поверхность выбралось несколько гномов. Это оказался сам король и два его сына. У короля отсутствовало ухо. Глубокий порез через все лицо задел, тут же вытекший глаз. Потеки крови залили бороду и одежду. Один из его сыновей лишился руки.
Вышедшей ему навстречу Ивилай, он на бегу прохрипел, что все, кто был с ним — погибли. Мертвецки бледный и безумно озирающийся по сторонам гном, не мог остановиться. Бросив лагерь, он побежал в сторону леса Тоб. Его сыновья последовали за ним.
Ивилай кинулась в комнату с лифтом. Тот был сломан. Кто-то откинул в сторону платформу и перерезал, удерживающий его в шахте канат. Девушка догадалась, что это сделал король гномов и его сыновья. Внизу еще остались выжившие. Заклинательница слышала душераздирающие крики о помощи. Гномы просили спустить платформу, но лифт был поврежден, и она ничем не могла им помочь.
Глаза заклинательницы наполнились слезами. Вчера она считала себя самой несчастной девушкой в мире. С утра всё стало в сто раз хуже. Её подруги, самые дорогие люди на свете, сгинули в вонючих гномьих тоннелях. В расстроенных чувствах она активировала полет и стала осторожно спускаться в шахту лифта. Пронзительные крики о помощи не стихали. Ивилай видела столпившихся в шахте лифта гномов. Они с надеждой смотрели на девушку и тянули к ней свои руки. Это длилось всего несколько секунд. Вскоре их взгляды уперлись в кого-то перед ними. Гномы притихли в ужасе. Мелькнул длинный меч с кривым лезвием, и перерубленные пополам карапузы завалили своими трупами грязный пол.
Крики о помощи резко стихли. Ивилай зависла на месте и с напряжением всматривалась в черную фигуру, упершую горящие в глазницах огоньки в ее сторону. «Не может быть. Это же Рыцарь смерти!» — ужаснулась девушка. Она спускалась в тоннель, чтобы найти своих друзей. Её не покидала надежда, что пока не поздно, она сможет отыскать друзей и воскресить их с помощью меча Лакюс. Но теперь Ивилай осознала, что без господина Сайтамы и госпожи Фубуки дальше ей не пройти.
Девушка похолодела при мысли об этом, но дала себе слово вновь передать эсперу всю свою ману, если потребуется. Лишь бы только эспер согласилась помочь.
Глава гильдии авантюристов И-Рантеля находился в трехдневном запое. Бурдон даже не покидал своего кабинета, чтобы приложиться к бутылке. Он пил и спал в своем рабочем кресле, изредка подходя к окну, чтобы помочиться. Подобное поведение отразилось на его внешнем виде. Мужчина выглядел ужасно и пах соответствующие, когда Сайтама в сопровождении человека в маске, вошел в его кабинет.
Сразу идентифицировав лысого гостя, глава гильдии подскочил с места и сделал десяток поклонов, отчего ему тут же стало дурно. С лицом, полным сожаления, мужчина побежал к окну, служившему последние три дня уборной и, склонившись вниз, опустошил желудок.
— Прошу, присядьте, господин Сайтама. Мне очень жаль, что вам пришлось видеть такое, — стоя возле окна и борясь с очередным рвотным позывом, сказал мужчина.
Сайтама и его спутник заняли удобные кресла перед столом, а продышавшийся мужчина вернулся за стол, но не посмел сесть в кресло.
