Анко застонала, схватившись за шею.
– Ты чего, шею потянула? Или продуло? – Сайтама подошёл к девушке. Та, не удержав равновесие, упала прямо в его объятия, ноги её не держали, то и дело подкашиваясь. Тело забил озноб. Она не понимала, что с ней происходит. Голова шла кругом, а от боли в печати она, казалось, потеряет сознание.
Чакра начала истощаться, уходя будто бы в никуда.
Она истошно заорала, не в силах сдержаться, из глаз брызнули слезы.
Лицо Сайтамы стало серьёзным. Он понял, что девушке действительно стало плохо, и решил действовать. Он подхватил её на руки и мощным пинком пробил стену. От удара всё здание содрогнулось от основания и до самой крыши, разбудив генинов, прошедших Второй этап.
Он уже не помнил точно, где находится выход, потому бежал напролом, пинками разрушая стены. Наконец он выбрался наружу, с грохотом вылетая на поляну. Каменные осколки всё ещё падали за его спиной.
Сайтама помнил, где находится госпиталь, и решил последовать туда, где куноичи могли помочь. Ибо он ни в медицине в целом, ни в оказании первой помощи в частности не соображал от слова "вообще".
– Стойте! – когда он выскочил на залитую серебристым светом поляну, рядом возникли шиноби в масках: на одной была нарисована Сова, на другой – Кот. – Что за взрывы? На башню напали?
Сайтама остановился с дрожащей Анко на руках, проигнорировав вопросы оперативников.
– Здесь медики есть? Ей срочно нужна помощь.
– ... – на его слова никто не ответил, АНБУ лишь застыли, переводя взгляд с лысого на Митараши, что потряхивало от озноба.
– Митараши Анко? Что с ней стряслось? – один из оперативников подошёл ближе. – Что с вами? Вам плохо? – он обратился к куноичи.
Анко зашипела от боли, но ответила:
– Нет, бл..., хорошо!
– Что-то вы, ребята, тормозите, – сказал Сайтама. – Я спросил: медики здесь есть? Если нет, то я понесу её в больничку.
– Э... – замялся анбушник, – но до госпиталя не менее получаса пути, и это если...
На поляну неподалеку от башни приземлились три фигуры. Одна из них вышла вперед:
– Меня зовут Якуши Кабуто. Я немного разбираюсь в ирьёниндзюцу.
– Генины? – спросил оперативник АНБУ. – Это вас не касается, просто пройдите в Башню, чтобы закончить этап.
Вдруг Анко закричала, а её тело выгнуло дугой. Она вцепилась мёртвой хваткой в Сайтаму и, подавив крик, до крови закусила губу.
Пепельноволосый, поправив круглые очки, блеснувшие в лунном свете, бросил своим сокомандникам:
– Идите в башню, я задержусь.
Двое рослых парней в тканевых масках молча кивнули и, обойдя анбушников, последовали в башню. Кабуто же, не обращая внимания на оперативников, беспокойным шагом направился к девушке:
– Положите её на землю, пожалуйста.
– Угу, – Сайтама опустил девушку на траву, но та по-прежнему не отпускала его, будто когтями вцепившись в жёлтый костюм. – Это...
– У вас на руках мне будет неудобно её осматривать. Какие симптомы? С чего все началось? – Кабуто достал подсумок с медикаментами.
Сайтама по возможности мягко отцепил Анко от себя и положил на траву. Девушка, скрипя зубами, стонала. Тело её скрутило в судороге.
– Она, это, – замялся лысый, – сначала за шею схватилась, потом ей плохо стало. Вроде бы и всё.
Генин отвернул лацкан плаща, открыв горящую золотисто-багровым светом печать в виде трёх томоэ.
– Ну что там? – с нетерпением в голосе спросил один их АНБУ, подойдя ближе.
Кабуто, тут же вернув лацкан обратно, активировал Шосен, засиявший мягким зеленоватым цветом, и заводил руками вдоль тела куноичи:
– Нет нужды беспокоиться, я здесь справлюсь.
Второй оперативник возразил:
– Но ты ведь генин и сказал, что лишь немного разбираешься в медицине.
– М... – протянул Кабуто. – Возможно, я не совсем точно выразился...
– Погоди, лицо этого парня кажется мне знакомым, – сказал первый анбушник. – Как, говоришь, тебя зовут?
– Якуши Кабуто.
– Точно, – анбушник хлопнул себя по маске, – ты работаешь в госпитале, верно?
– Именно, – продолжая использовать Шосен, подтвердил ниндзя-медик.
– Ах, да, похоже на то, – согласился второй. – Ты же вроде не впервые проходишь Чунин Шикен. О тебе ещё слухи ходили. Неудачник-Кабуто. В какой раз ты проходишь экзамен, не напомнишь?
– В седьмой, – выдавил Кабуто, поморщившись.
– Да, парень, бывает, – покивал оперативник. – Не отчаивайся, ты ведь ирьёнин прежде всего. Я вот чего не могу понять, на кой чёрт тебе сдался этот экзамен...
Кабуто культурно покашлял, прерывая излияния оперативника:
– Не сочтите за грубость, но вы мешаете лечению. Не болтайте под руку. А ещё лучше – уберитесь отсюда. Я не могу из-за вас сконцентрироваться, – в подтверждение сказанному тело куночи в очередной раз выгнуло дугой, а из горла вышел приглушённый вскрик.
Второй анбушник дал оплеуху первому, и они, синхронно кивнув, скрылись в башне, чтобы успокоить претендентов.
Как только АНБУ скрылись из виду, Кабуто тотчас приступил к лечению. Он вколол девушке какие-то препараты, приложил марлевый компресс к шее.
– А мне тоже уйти? – осведомился Сайтама.
– Нет, вы можете остаться, – хмыкнул генин и тихо добавил. – Я просто не очень люблю безликих.
