Обычный студент случайно оказался в отделе полиции, не зная, что здесь ожидают натуральный переворот. Взбудораженная полиция принимает его за оппозиционера и провокатора, а церемониться с врагами тут не принято. Держись, студент! Содержит нецензурную брань.
Дисклеймер. Для верящих в случайности и совпадения: все события выдуманы, все совпадения случайны. Это художественное произведение. Поехали!
В одном из районов крупного города, чуть не столицы, произошла нештатная ситуация. В местную думу пролез левый пассажир. Левый не в плане политических взглядов, а вообще, левый. Из партии чего-то гражданского: инициатив или платформы, не важно. Вышло это истинно случайно.
Кандидатом от Правильной партии баллотировался правильный и уважаемый человек, Юрий Владимирович. Нет, не Андропов. С другой фамилией.
Всю жизнь Юрий Владимирович посвятил служению России на ответственных государственных и муниципальных постах. В проклятые девяностые позанимался бизнесом. Естественно, ничего не нажил, поскольку был человеком честным, а таким бизнес денег не приносит. Только управленческий опыт приобрел. В общем – бессребреник. В декларации у него значились голая зарплата, комната в коммунальной квартире и гараж-ракушка.
Слава богу, жена и сын оказались талантливыми бизнесменами. И хорошо, что они не работали на государство. А-то б пришлось декларацию о доходах распечатывать в формате А3.
Были конечно, злые языки. Пытались увязать жирные подряды отпрыска с тем, что от имени бюджета их подписывает папаша. Но, это же глупость! Есть конкурсные процедуры: честные и прозрачные. Поэтому побеждают лучшие, а не свои.
Вот, ведь, интересно: с детей за родителей не спрашивают. А если сын за отца не ответчик, то с какой стати отцу за сына-бизнесмена отвечать? Им только гордиться можно.
Жена – да. Но, с ней Юрий Владимирович давно развелся. А что жить с ней продолжал вместе, так это объяснимо: не хотел возвращаться в коммуналку. Мало ли бывших супругов вынужденно маются на совместных квадратных метрах. Обещал, когда-то, Горбачев с ними покончить, да итог всем известен: не вышло. Правда, на трехстах квадратах, которыми счастливо владела бывшая, можно было месяцами друг друга не встречать. Наверно, только этим и спасались.
Ездить тоже приходилось на машинах экс-благоверной. Своей нет, а она их шесть штук накупила, а права так и не получила.
По традиции, Юрий Владимирович шел по партийному списку и по одномандатному округу. Соцопросы предсказывали ему порядка семидесяти процентов голосов и уверенную победу.
Выдвигали кандидатов и другие парламентские партии. Партии на слуху, а вот кандидаты, – сплошь безвестные личности. И непарламентские не отставали. Их представителей регистрировали пачками, создавая иллюзию политической конкуренции и честной борьбы за мандат.
Шли под пестрыми флагами, а на них: Партия инвалидов, Союз советских диссидентов, Благотворительный фонд «Дай денег!», Общероссийское движение «#ВсёНаше2014», Общество переживших девяностые «Саднящие колени России», Просветительский центр «Православные против леголайна», Зоозащитная вахта «Сбережем кошачьи яйца Live».
Вру. Нет таких организаций. Но, те, что были…
И тут произошла катастрофа. Случайно выяснилось, что у супруги, в смысле, бывшей супруги Юрия Владимировича, есть любовник. Вроде, ничего страшного: она же бывшая и имеет право на личную жизнь. Но, экс-супруг оказался тонкой душевной натурой и за бывших переживал, как за родных.
То ли он желал для нее лучшей, достойной партии, то ли испугался, что она связалась с альфонсом и станет такой же бедной, как он, но сосуды в голове правильного кандидата не выдержали, и его хватил удар.
Выжил, курилка. Но, думское кресло рассчитано на целого, а не половину депутата. И не парализованной половине Юрия Владимировича пришлось с предвыборной гонки сняться. За два дня до голосования. Списочная часть от этого не пострадала: товарищи по партии продвинулись вверх, заменив собою выбывшего. А, вот, на одномандатном округе появилась нездоровая интрига. Теперь и лишних полпроцента могли стать для кого-то проходными.
И дорога во власть открылась перед неправильным кандидатом. Человеком, по фамилии Валежников. Звали его Александр или Алексей. Как именно, мало кто знал, потому что сам себя он называл Алексом, за которым могло скрываться и то, и другое.
Он был местный, что называется, плоть от плоти. Но, при этом, какой-то не укорененный в родной среде. Словно он свалился из города Парижу и видит все глазами сытого буржуа, вынужденного вдруг голодать.
Если сравнивал, то непременно с Европой и Америкой. Если приценялся, – исключительно в долларах и евро. А выпьет в компании, – хоть из-за стола беги! Ни традиций, ни особого пути, ни поиска виноватых и смысла бытия обсуждать не желает. Ему о вечном, а он об акцизах на бензин. Ему о сокровенном, а он про погасшую лампочку в подъезде. Трезвый-пьяный, – все у него об одном: больше работать, самим избирать, а с избранных – требовать. Одно слово: либерал.
