— Алфред Лэннинг тщательно раскурил сигарету, но его пальцы слегка дрожали. Сурово сдвинув седые брови, он говорил, пуская клубы дыма:
— Да, он читает мысли — можете быть уверены. Но почему? — Он посмотрел на Главного Математика Питера Богерта. — Ну?
Богерт обеими руками пригладил свои черные волосы.
— Это тридцать четвертый робот модели РВ, Лэннинг. И все остальные вполне соответствовали нормам.
Третий человек, сидевший за столом, нахмурился.
Это был Милтон Эш, самый молодой из руководства фирмы «Ю. С. Роботс энд Мекэникел Мэн Корпорэйшн», чем он очень гордился.
— Послушайте, Богерт! Я ручаюсь, что он собран совершенно правильно, с начала до конца!
Толстые губы Богерта раздвинулись в покровительственной улыбке.
— Ручаетесь? Ну, если вы можете отвечать за всю линию сборки, то вас нужно повысить в должности. По точным подсчетам, для производства одного позитронного мозга требуется семьдесят пять тысяч двести тридцать четыре операции, успех каждой из которых зависит от различного числа факторов — от пяти до ста пяти. Если хоть один из них серьезно нарушается, мозг идет в брак. Это я цитирую наши же проспекты.
Милтон Эш покраснел и хотел ответить, но его перебил четвертый голос.
— Если мы начнем валить вину друг на друга, то я ухожу… — Руки Сьюзен Кэлвин были крепко сжаты на коленях, морщинки вокруг ее тонких бледных губ стали глубже. — У нас появился робот, который читает мысли, и мне представляется, что надо бы выяснить, почему он это делает. А этого мы не добьемся, если будем кричать: «Вы виноваты!», «Я виноват!».
Ее холодные серые глаза остановились на Эше, и он усмехнулся.
Лэннинг тоже понимающе усмехнулся, и, как всегда в таких случаях, его длинные седые волосы и хитрые маленькие глазки придали ему сходство с библейским патриархом.
— Верно, доктор Кэлвин.
Его голос внезапно зазвучал решительно:
— В предельно краткой форме, положение таково. Мы выпустили позитронный мозг, который не должен был отличаться от остальных, но который обладает замечательной способностью принимать волны, излучаемые человеком в процессе мышления. Если бы мы знали, как это случилось, то это обозначало бы важнейший этап в развитии роботехники на десятилетия вперед. Но мы этого не знаем и должны выяснить. Это ясно?
— Можно высказать одно предположение? — спросил Богерт.
— Давайте.
— Мне кажется, что пока мы не разберемся в этой истории, — а как математик, я думаю, что это окажется чертовски сложно, — нужно держать в тайне существование РБ-34. Даже от служащих фирмы. Мы, возглавляющие отделы, должны справиться с этой задачей, а чем меньше будут знать остальные…
— Богерт прав, — сказала доктор Кэлвин. — С тех пор как по Межпланетному Кодексу допускается испытание роботов на заводе перед отправкой их на космические станции, пропаганда против роботов усилилась. И если кто-нибудь узнает, что робот может читать мысли, а мы еще не будем хозяевами положения, на этом кое-кто мог бы сделать себе солидный капитал.
Лэннинг, продолжая сосать сигару, серьезно кивнул. Он повернулся к Эшу:
— Вы сказали, что были одни, когда впервые столкнулись с этим чтением мыслей?
— Я был один — и перепугался до полусмерти. РБ-34, только что сошедшего со сборочного стола, прислали ко мне. Оберман куда-то ушел, и я сам повел его к испытательному стенду.
Он запнулся, и на его губах появилась слабая улыбка:
— Никому из вас не приходилось мысленно с кем-то разговаривать, не отдавая себе в этом отчета?
Никто не ответил, и Эш продолжал:
— Вы знаете, сначала на это не обращаешь внимания… Так вот, он что-то мне сказал — что-то вполне логичное и разумное. И мы уже почти дошли до стенда, когда я сообразил, что я-то ничего ему не говорил. Конечно, я думал о том, о сем, но это же другое дело, правда? Я запер его и побежал к Лэннингу. Представьте себе — рядом с вами идет этот робот, спокойно читает ваши мысли и копается в них! Мне стало не по себе.
— Еще бы! — задумчиво сказала Сьюзен Кэлвин. — Ее взгляд с необыкновенным вниманием остановился на Эше. — Мы так привыкли к тому, что наши мысли известны только нам самим…
— Значит, об этом знают только четверо, — нетерпеливо вмешался Лэннинг. — Отлично. Мы должны обследовать это дело по строгой системе. Эш, вы проверите линию сборки всю, от начала до конца. Вы должны исключить все операции, где ошибка была невозможна, и составить список тех, в которых она могла быть допущена. Укажите характер возможной ошибки и ее предположительную величину.
— Ну и работка! — проворчал Эш.
— А как же? Конечно, вы не один будете этим заниматься, — посадите за работу наших людей, если нужно, всех до единого. Не выполните план — ничего! Но они не должны знать, зачем это делается, понятно?
— Гм, да. — Молодой инженер криво ухмыльнулся. Все-таки работы хватит.
Лэннинг вместе со стулом повернулся к Кэлвин.
