Она деликатно подтолкнула Эмму к белой двери на другой стороне комнаты.
— Смотри, чтобы тебя не стошнило в ванну, как в прошлый раз!
— Я точно напишу это в Твиттер, — хихикнула Габриэлла.
— Нет, я, — захныкала Лилианна.
Эмма неровной походкой дошла до ванной и хлопнула дверью.
Девушка оперлась на огромную мраморную раковину, которой вполне можно было ее задавить.
Саттон не была мертва.
Она все подстроила.
Она как-то узнала об Эмме и разместила видео в интернете, чтоб та могла ее найти.
Потом назначила встречу в Сабино Каньон, потому что прекрасно знала, что Шарлотта будет проходить мимо, направляясь к Нише.
Саттон обманула всех, заставив подумать, что Эмма это она… А еще она обманула Эмму.
Подозрения Эммы породили мои собственные.
Знала ли я о ней до своей смерти? Я сама заманила ее сюда и стала жертвой своего собственного розыгрыша? Девушка, которую я сегодня узнала вполне способна на это.
Но это не казалось мне правдой, когда я рылась в своих нечетких воспоминаниях и смотрела на Эмму, не в силах ей помочь.
Мне не хотелось, чтобы это было правдой.
Эмма взяла запасной рулон туалетной бумаги, стоявший на полке, и бросила его через комнату.
Он отскочил от покрытой плиткой стены и упал в ванную.
Потом она опустилась на коврик, лежащий на полу.
Комната была огромной, с минисауной и туалетным столиком, на котором было достаточно косметики, чтобы хватило всей Sephora.
Фотографии Шарлотты и остальной компании висели на стенах, некоторые были в рамах, некоторые просто приколоты кнопками, другие воткнуты в углы зеркала.
Мэделин, стоявшая на унитазе в пятой позиции.
Полуголый Гаррет, улыбающийся из душевой кабины.
На большинстве снимков была Саттон.
Она смотрела, улыбалась, ухмылялась и посылала воздушные поцелуи буквально из каждого угла.
Она приседала, смеялась, протянув руки в стороны, позировала в причудливых платьях, как в журнале Vogue, пропавший серебряный медальон висел у неё на шее.
Эмме внезапно опротивел вид сестры.
Она с негодованием смотрела на ближайшее фото, на котором Саттон, Шарлотта и Мэделин стояли перед ларьком с бургерами, запихивая по двойному бургеру себе в рот.
Раньше чем она могла себя остановить, Эмма схватила карандаш для глаз и нарисовала свиной пятачок на лице сестры.
Через какое-то время, она добавила рога и хвост.
Вот теперь ей стало чуточку лучше.
Она слышала хихиканье девчонок.
Эмма встала, глянула на себя в зеркало и умылась холодной водой.
Она могла сделать только одно: испортить дурацкий розыгрыш Саттон перед тем, как она выскочит откуда-нибудь и закричит «Попались!» Она не позволит ей победить.
— Эмма… — Я ужасно хотела, чтобы она смогла увидеть мое мерцающее тело и понять, что это не шутка.
Что я на самом деле была мертва.
Одно дело, когда она закатывала глаза, думая о моей жизни, или морщила нос, глядя на моего парня, но я совсем не хотела, чтобы она думала обо мне, как о человеке, который может так использовать свою давно потерянную сестру.
Я не хотела быть такой.
На потолке вдруг погасла флюоресцентная лампа.
— Эй, — крикнула Эмма.
Она пыталась нащупать дверную ручку, но нигде ее не находила.
Эмма наткнулась ногой на какой-то металлический хлам.
Что-то разбилось с другой стороны двери.
Шарлотта закричала.
— Саттон? Это была ты? — позвала Лорел.
С первого этажа раздался вой сигнализации.
Шаги… потом сирена.
Эмма задрожала.
Внезапно, темнота зажгла что-то в моем сознании.
Перед глазами появились пятна.
В ушах — свист.
А потом я опять вернулась к руслу ручья позади курорта. Вот я зову Лорел, мои глаза закрывает чья-то рука, к горлу приставляют нож.
Пикни и сдохнешь.
А потом, я увидела, что происходило дальше.
— Пикни и сдохнешь, — шепчет в ухо чей-то голос, к горлу приставлен нож.
Кто-то заламывает мне руки и завязывает глаза шарфом так сильно, что он давит на глаза.
Потом они затыкают мне рот кляпом.
Чьи-то руки толкают меня вперед.
Гравий хрустит под подошвами, кусты ежевики царапают голые ноги.
Позади раздаются шаги.
Звон ключей.
Я наталкиваюсь пальцем ноги на камень, и холодная боль пронзаетспину.
Я кричу, но кто-то хватает меня за руку.
— Какое из слов во фразе «Пикни и сдохнешь» ты недопоняла? — Лезвие еще глубже вонзается в кожу.
Примерно через минуту мы останавливаемся.
Раздается резкий звук и дверь машины отпирается.
Слышно как открывается багажник.
— Залезай.
— Кто-то толкает меня и я падаю.
Я ударяюсь щекой о запасное колесо в багажнике машины.
Мои ноги неуклюже изгибаются, чтобы уместиться в тесном пространстве.
Звук удара.
Багажник захлопывается и все затихает.
Мои губы растягиваются в улыбке.
Добро пожаловать в следующий тур «Игр в ложь».
Мои друзья могут застать меня врасплох, но они не в состоянии одурачить надолго.
Не могу дождаться момента, когда они снова откроют багажник, скорее всего чтобы сфотографировать парализованную ужасом меня.
«Неудачники!» закричу я, чтобы их напугать.
Может хватит повторяться? «Пикни и сдохнешь» это моя фишка: я говорила это Мэделин, когда прошлой весной прокралась в ее спальню, изображая грабителя.
Скорее всего эту фразу сказала Лорел, ей нравится меня копировать.
