«Эта книга разрушает самый неприступный из всех существующих языковых барьеров… Барьер, отделяющий нашу ложь от подлинной правды», — так определил цель своего произведения британский писатель и журналист Брайан Кинг.Никто не готов сознаться в этом, однако все мы ежедневно кого-нибудь обманываем. Люди рождены лжецами, и каждый из нас врет в среднем по шесть раз в день (не то чтобы это строгий научный вывод, но статистически вполне достоверный).В своей необычной и остроумной книге Брайан Кинг пытается разоблачить всю глубину окружающего нас обмана.Он показывает в неприглядном (а для кого-то, может быть, и в приглядном!) свете не только явных лжецов — политиков, бизнесменов, рекламщиков и журналистов, — но и мелких лгунишек, например, наших детей, близких родственников и… нас самих! А еще читатель узнает, как ученые наблюдают за мозгом человека, решившего скрыть неприятную правду, и как распознать вероломного обманщика по случайным оговоркам и неосторожным жестам.
Text copyright © 2006 Brian King
© П. Обухов, перевод, 2012
© ООО «Издательство «Ломоносовъ», 2012
Серия: Лучшее увлекательное чтение
Каждое слово в этой книге — правда. Конечно же, я мог случайно соединить правдивые слова в обманчивые предложения, но, надеюсь, этого не произошло.
Все лгут и каждый день, каждый час, наяву, во сне, в сновидениях, в радости, печали; если человек молчит — его руки, ноги, глаза, позы стараются обмануть умышленно.
Эта книга разрушает самый неприступный из всех
Речь идет не о том языковом барьере, который отделяет туристов из Великобритании от любого другого человека, говорящего по-английски, и не о том языковом барьере, который существует между большинством подростков и всем остальным человечеством.
Языковой барьер, о котором говорится в этой книге, наносит более серьезный ущерб. Это — незримая преграда между тем, что мы произносим вслух, и тем, что имеем в виду на самом деле. Барьер, отделяющий нашу ложь от подлинной правды.
Лицемерие и обман постоянно присутствуют в нашей жизни, отравляя ее. Нам беззастенчиво лгут, говоря, что наш звонок чрезвычайно важен, что с нашей жалобой разбираются в приоритетном порядке, что подержанная машина, которую нам пытаются всучить, регулярно проходила сервис, что пенсионный фонд, в котором хранятся наши накопления, абсолютно надежен, что ботокс уничтожит разрушительные следы времени на нашем лице, что маленький пакетик с чипсами — не что иное, как целая порция настоящего картофеля, и что в течение сорока пяти минут в нашу сторону может быть запущено оружие массового уничтожения.
Эта книга загоняет лжецов в угол и срывает с них маски.
Ложь обладает множеством цветов и оттенков. Самая страшная ее разновидность — черная ложь, порожденная человеческой алчностью и жаждой наживы; она изобретается специально для того, чтобы обманным путем выманить у нас деньги или имущество, покуситься на наши права, а порой и на саму жизнь. С другой стороны спектра располагается так называемая белая ложь, или ложь во спасение. Такой вид лжи гораздо менее опасен, хотя сказать, что она совершенно безвредна, тоже нельзя. Существует так называемая желтая ложь — обман, продиктованный трусостью. Если мы просто преувеличиваем размер пойманной рыбы, мы распространяем розовую ложь. Полицейским свойственно прибегать к синей лжи — под цвет их форменных мундиров. Если правительственные чиновники утверждают, что принимаемые ими меры ведут к спасению природы и экологии, такую ложь скорее всего можно назвать зеленой. Но шире всего распространена так называемая серая ложь — с ней мы сталкиваемся почти каждый день. Вот один из примеров.
В начале 1970-х годов я регулярно путешествовал в Дублин — настолько часто, насколько позволяла скромная зарплата начинающего журналиста. В Ирландию меня влекло настоящее пиво «Гиннесс» и чары одной медсестры, с которой я познакомился в Амстердаме. Однажды на ее стареньком «Фольксвагене Жуке» мы поехали в горы Уиклоу. Сломанный трос педали газа на ее драндулете заменяла хитроумно закрепленная леска, протянутая от капота к боковому окну водителя, поэтому наша сомнительная поездка сопровождалась ощутимыми толчками и рывками.
Неустрашимо карабкаясь в гору на раздолбанном «Фольксвагене», мы проследовали мимо питейных заведений, на которых гордо красовались вывески типа: «Кафе Падди. Самое высотное кафе в Ирландии» или «Бар Макгинти. Самый высотный бар в Ирландии». Казалось бы — ничего удивительного, только вот когда мы забрались еще выше, мы наткнулись на «Кафе О’Доннелла», также претендовавшее на звание самого высотного заведения в Ирландии, и «Бар О’Шоннесси», утверждавший, что он располагается выше всех. Не могу, впрочем, ручаться за точность названий — я просто-напросто выдумал их, потому что все это было очень давно.
